Тамерлан. Дорога в Самарканд

Казнь предыдущего вождя показала и доказала, что Казгану до барласов дела нет и помощи ждать не стоит. «Я стану врагу ближе, чем любой из его родни, а затем отниму лук и стрелы, – поделился он тогда с Джаку, который был потрясён решением пасть ниц перед моголами. – Нас может спасти только время». Джаку поверил. И вот они, благословлённые ханом, захватывают поселение за поселением: в то время как Туглук-Тимур полагал, что эти люди сражаются ради укрепления его власти, предводитель барласов набирал собственную армию из молодых и крепких ребят.

Соколы не видели чужеземного хана и не знали о нём ничего, кроме историй о набегах и разрушениях. Зато знали Тимур-бека, позвавшего их на борьбу за лучшее будущее. В решающий час, кто бы ни победил – Казган или потомок Чагатая, – третья сторона должна была выжить и унаследовать улус.

– Что происходит? – Тимур заметил смятение друга.

– Воины… Если их не обуздать, мы потеряем Каркару!

Ахмад исподтишка, будто любопытный ребёнок, наблюдал, как мужчина тыльной стороной ладони прикрыл глаза и принялся обдумывать выход из положения.

Господин не располагал достаточным влиянием, чтобы из-за простого люда угрожать расправой богадурам, но бездействие привело бы к большим неприятностям.

– Собери всех в шатре, – минутой позже произнёс Тимур. – Вечером с ними разберусь.

– Но вы с трудом ходите! – Джаку осторожно приземлился рядом. – Умоляю, останьтесь пока здесь. Вас не должны увидеть больным!

– Предлагаешь прятаться, пока рана не заживёт?

– Послушайте, мы живём в трудное время.

Скольких вождей они убили? Стоит почуять слабость – и волки нападут!

– Нет большей слабости, чем страх.

Тимур был непреклонен. Джаку предпринял ещё несколько попыток его разубедить, в конце концов потерпел неудачу.

Только когда лекарь выбрался из душной юрты на свет, тогда понял, о чём толковал барлас. По разным углам старухи оплакивали родных, торговцы и ремесленники с угрюмыми, почерневшими лицами безмолвно шатались по городу, ища знакомых. Кто боролся – лежал на площади обезглавленным.

Девушек давно забрали. Ахмад нашёл необходимые для мазей травы и, напуганный до одури, спешно возвратился.

Каркару не хвалили за богатства или укрепления. Относительно небольшое селение было возведено из необожжённой глины и камня, и жило оно за счёт пастбищ. Местных кормили овцы и лошади. Хорошо продавались мясо, шерсть, шкуры, ткани. Отнять их значило обречь ни в чём не повинных людей на голод.

К вечеру захватчики успокоились.