Лабиринт отчаяния

Ким не понимал, почему Кейн не уничтожил князя после первого же своего подозрения, ведь он всегда был осторожен и знал наперед каждый шаг своих подданных. Почему королева позволяет этому жалкому трусу быть рядом, вместо того, чтобы казнить? Что-то не так с кольцом на ее пальце. Жанна не умерла вместе с Кейном, значит бог либо жив, либо их Нити потеряли связь. Но это невозможно по законам Вереса.

– Эй!

Девчонка уже несколько минут слонялась по конюшне. Как она его выследила?

Катерина щурила глаза, стараясь привыкнуть к полумраку после солнечного света.

Ким бесшумно замер за ее спиной, наблюдая. Красавица. Глуповата, но это – вопрос воспитания и образования, которое смогла дать мачеха. Искренне влюблена в Кима. Не интересны ей простые смертные парни, тянет к запретному, опасному и незнакомому.

Запах дешевеньких лавандовых духов смешивался с запахом теплой человеческой кожи.

Ким легонько провел кончиками пальцев по ее щеке.

Катерина вздрогнула и отшатнулась, осеняя себя знаком Лорин.

– Я пришла накормить тебя. – Девушка слепо озиралась по сторонам, два раза чуть не наступила верийцу на ногу.

«Не отстанет» – Понял Ким и наконец показался.

Горничная запищала от неожиданности, зажав себе рот ладонью.

Раск пожал плечами, обреченно вздохнул.

– Постой! – Катерина схватила чужака за рукав и неловко отпустила, устыдившись. – Я пришла… В общем… – Смертная протянула руку запястьем вверх. – Может, ты крови хочешь?

Истинный бережно взял подношение, почувствовал, как участился пульс Катерины.

– Нет. – Впервые он заговорил с ней.

Чужак всегда говорил с господином на родном языке, изредка бросал короткие фразы Ирине или старику Морису, но никогда не отвечал ей.

– Уходи. – Он усмехнулся, испытующе глядя на покрасневшие щеки юной прелестницы.

– Почему? – Растерянно захлопали черные ресницы.

– Я не пью кровь.

– Мы можем подружиться.

– Не можем. Ты – чужая. – Отрезал Ким.

Катерина обиженно засопела, сдерживая пылающую горечь, что вот-вот готова была хлынуть из глаз.

Катерина почувствовала себя круглой дурой, что бегает за понравившимся парнем, не взирая на девичью гордость.

– Права Ирина: вы – звери! – Выкрикнула девчонка, выбегая прочь. – Не подходи ко мне никогда! Ненавижу тебя!

Раск проводил глазами горничную.