Танцовщица в луче смерти

Нет, сегодня он точно перебьется. Сергей меланхолично представил себе другую ситуацию: он возвращается домой, а там его – ну почему нет – жена ждет. Могла бы у него уже быть жена. Ну, к примеру, такая платиновая блондинка с карими глазами. Он приходит, а в его квартире стоят вазы с гиацинтами (он понятия не имел, что это такое), элегантная жена целует его в щечку, накладывает свежую повязку на порез, красиво сервирует стол. Ну, там первое, второе, третье, мороженое, компот, дыня – предел воображения! Надо все это вдумчиво жевать, нахваливать, общаться, потом еще общаться… О, нет! Лучше пельмени.

На этой оптимистичной ноте Сергей подъехал к дому, вошел в квартиру, глубоко вздохнул. Степной волк должен жить один, жизнь без своей норы для него мука. До утра столько времени… Своего времени… Он будет сидеть, лежать, бродить по квартире, ничего не делать, есть, спать, не думать о том, к чему приступать с утра. Сергею стало так хорошо, что он полез за мобильником, чтобы выключить его. Не успел. Раздался звонок.

– Сергей? – спросил незнакомый, но очень специфический голос. – Из СИЗО звонят (ударение на первом слоге). С вами говорить будут.

– Слушаю.

– Сергей, – он с трудом узнал голос утреннего знакомого Николая Ивановича. – Ты узнаешь? Это я, Сидоров… Ты извини, вот помог парнишка тебе позвонить. У меня такое… Он мне глаз повредил, ухо разбил… Я… – Николай Иванович всхлипнул. – Он хочет, чтоб я в убийстве сознался. Сережа, я боюсь его…

– Я понял. Завтра вас найду. Дайте трубку контролеру… Как ваша фамилия?

– Сержант Иваньков.

– Спасибо, Иваньков, за помощь. Просьба: срочно вызывай к нему врача: сильные боли, сердечный приступ, шепни, чтобы в больничку забрали. Скажи, Земцов просил. Он действительно просил. Утром на допрос Сидорову нельзя. Должен под капельницей лежать или что там еще. Когда выполнишь, позвони, скажешь, какой врач дежурит, дай ему мой телефон. Я утром найду вас обоих, рассчитаемся. Будешь доволен. Делай.

Сергей пометался по квартире, откровенно и с удовольствием матерясь, потом набрал телефон Земцова.

– Да, – зевнул тот в трубку. – И чего тебе надо среди ночи? Я в отпуске, у мамы в Дубне. Спать мы уже легли.

– Привет. Знаю. Кто там за тебя? Какая-то мамзель.

– Ну, Маша Осипова. Хорошая девушка. А в чем дело?

– Позвони ей с утра. Дело очень серьезное. Следак один твой – Онищенко – невиновного человека прессует по поводу признания в убийстве.

– А. Ну, он дурак. Настолько, что мечтает стать генералом.