Последнее прости

Катя положила трубку, минуту собиралась с мыслями, потом сказала:

– Понимаешь, это Олег, ну, муж Милы, с которой я в больнице лежала. Тут такое случилось… Ты не представляешь. Мила умерла, следствие решило, что ее отравили. Теперь он звонит: сын его в реанимации, вроде бы его тоже отравили. Ты представляешь, какой ужас?

– Нет. Абсолютно не представляю, почему поголовное отравление родственников чужого мужика является таким ужасом для моей жены. В момент нашей встречи после разлуки. Я этого не представляю!

– Игорь, не заводись.

Ты не прав. Это мои близкие знакомые. По-твоему, меня их трагедия вообще не должна касаться? Я очень хорошо относилась к Миле, знаю Стаса… Я жалею Олега, на которого такие беды посыпались.

– Серьезно? Может, вместе его пожалеем? Этого полковника, который над колясочкой жены-инвалида пожирал глазами мою жену? Говоришь, трагедия? Для кого? Для него? А по-моему, для него все очень здорово складывается. Милиция, о которой ты спрашивала, так не считает?

– Ты говоришь, как… – Катины губы побелели, – как… подонок.

Извини, но это так.

– Это я подонок? – криво улыбнулся Игорь. Катя заметила, что его лицо осунулось за последние несколько минут. – Ну, значит, я подонок. Тебе же так проще жалеть настоящего мужчину. Кстати, он настоящий мужчина? Все забываю у тебя спросить.

Катя всхлипнула. Ей одновременно хотелось ударить его и броситься ему на шею. Как-то разбить этот ужас между ними. Но не было сил ни на то, ни на другое. Она молча сидела несколько минут, потом сделала над собой страшное усилие, положила руку мужу на плечо и постаралась сказать спокойно:

– Игорь, я не понимаю, из-за чего сейчас возникла ссора.

Просто на ровном месте, поверь мне.

Игорь взглянул на нее потемневшими от гнева глазами, потом резко освободился от ее руки, встал.

– Да пошла ты, – выдохнул он, взял со стола тарелку с остатками дыни и с силой бросил ее на пол.

Затем вышел из комнаты, хлопнув дверью. Через пять минут грохнула входная дверь.

Кате вдруг стало очень холодно. Ледяной страх, ледяное одиночество…

* * *

– Синильная кислота – это водный раствор цианистого калия, – говорил эксперт Александр Васильевич Славе, когда Сергей вошел в кабинет.

– Ну, я так и думал, точнее, не думал, а читал. Вот и Сережа, он, наверное, уже все разнюхал: кто из врагов семьи Калининых синильной кислотой балуется, – Слава с удовольствием посмотрел на Сергея.

– Я, собственно, к вам пришел за информацией.