Паргоронские байки. Том 5

Интерлюдия

– Янгфанхофен, ты сейчас сильно передернул, – покачал головой Дегатти. – Герой твоей байки – круглый дурак. Возможно, скудоумный. Получи эту силу пестрого фазана кто-нибудь хоть немного поумней, все сложилось бы совсем иначе.

– Да ну? – хмыкнул Янгфанхофен. – Ах да, как я мог забыть, что смертные славятся своими разумными желаниями. Сколько миллионов лет мы, демоны, пытаемся их на чем-нибудь подловить, а все никак не выходит. Ни единой душонки не заполучили.

– А я повторю – не суди обо всех одинаково, – сказал Дегатти.

 – У нас в Мистерии есть такие волшебники, которые и безо всяких фазанов не уступят твоему Люгоше. Но далеко не все используют могущество во зло.

– А я еще раз напомню, что у вас там есть Кустодиан, – возразил Янгфанхофен. – И существует он не просто так.

– Есть, согласен. И антимаги тоже есть, и церковная инквизиция. Но еще дело в том, что мы идем к этому долго. Мы не получаем могущество сразу и задарма, а поднимаемся постепенно. Попутно к нам приходит мудрость.

Ответственность. Многие из нас даже бессмертия не ищут. А если вот так одарить мальчишку, дурака или еще кого-то безответственного… конечно, случится катастрофа.

– Ну кого-то другого один из их братии и не одарил бы, – хмыкнул Бельзедор. – Он же именно на катастрофу и рассчитывал, верно, Янгфанхофен?

– Верно, верно.

– А кто это был-то, кстати? Ты сам?

– Нет! – аж поперхнулся Янгфанхофен. – Бельзедор, мы знаем друг друга тысячи лет, а ты еще не выучил моих методов? Это совсем не в моем стиле.

– Да, пожалуй… А кто тогда? Клюзерштатен, Гариадолл? Или кто-то со стороны, не паргоронский?

– А вот этого я тебе не скажу, – ухмыльнулся гохеррим. – Пусть останется моим маленьким секретиком. Не все же тебе у меня тут государственные тайны вызнавать.

– Ладно… но чем там все закончилось? Марюлия… что-то я не припоминаю такого названия. Вы что, и туда запустили корни? Второй Легационит потихоньку возводите?

– Ну как сказать…

– Кстати, я тоже хочу рассказать историю, – заговорил Дегатти.

 – Ты вот рассказал про один день из жизни храка, мелкого демона… а я расскажу про один день из жизни волшебника. Только не мелкого, а одного из величайших. Никто не возражает?

Никто не возражал.

Шут и волшебник

1365 год Н.Э., Парифат, Мистерия.

В прошлую луну Освельдеку Арминатти исполнилось пятьсот пятьдесят лет. Внушительный возраст для человека, пусть он даже волшебник… очень великий волшебник.