Паргоронские байки. Том 2

Кеннис уже заметил, что ночью ему гораздо комфортнее, но старые привычки пока что были сильнее.

– Вот он, тут был! – доносился издали голос. – Весь в кровавых лохмотьях, а взгляд – безумный!..

– Эва-на… – отвечал другой голос, басовитый. – А оружие было?

Прислушиваясь, Кеннис поводил головой. Он выпил столько крови, что слух обострился до невероятного. Он слышал каждый шаг, каждый шорох.

Слабый треск ветки. Совсем близко. Из хижины, у которой Кеннис прятался, вышел человек. Небольшой, легкий… очень юная девушка… нет, скорее, даже ребенок.

Девочка… нет, мальчик.

Кеннис потянул носом. Обоняние тоже обострилось, стало почти звериным. Он понял, что уже не сможет отказаться от крови. Слишком много она ему дала, слишком хорошо он стал себя чувствовать.

Но он все еще сдерживался. Все еще не хотел переступать последнюю черту. Тем более, что это ребенок.

Кеннис надеялся, что он уйдет со двора или хотя бы пойдет в другую сторону. Но он двинулся именно к малиннику. Остановился в каком-то десятке шагов от Кенниса и стал собирать ягоды в корзинку.

Но, как и все дети, больше лопал сам.

– Ты там что, опять в рот собираешь?! – донесся женский окрик.

– Не, мам!.. – протянул мальчик, торопливо съедая еще горсть. – Ай!..

Он оцарапался о колючку и невозмутимо слизнул выступившую кровь.

Кеннис чуть слышно захрипел. Он что есть силы пытался успокоиться, выкинуть из головы соблазн. Попятился, пока его не заметили, но наткнулся на плетень.

А с другой стороны по-прежнему доносились голоса.

По-прежнему обсуждали чужака в окровавленной тунике. Кеннис подумал, что не стоило ему прятаться – он легко мог отовраться. Просто сказать, что охотился, но напоролся на кабаний клык или оленьи рога… хотя нет, на нем нет ран. Но кто бы там стал присматриваться?

Но теперь уже поздно. Надо потихоньку выбраться и уйти в лес. Зря он вообще все это затеял. Лучше вернуться в свою хижину и продолжить жить охотой. Можно наловить живых обезьян, устроить им загон, сытно кормить и время от времени питаться самому.

Отличная идея. Но Кеннису не суждено было претворить ее в жизнь. Ребенок потянулся к очередной ягоде, раздвинул ветки – и увидел сидящего в кустах чужака.

Его глаза резко расширились, а рот распахнулся. Сейчас закричит – и сюда сбежится вся деревня.

Кеннис сам не понял, как это у него вышло – но он заглянул мальчику в глаза, и те остекленели. Утратили осмысленное выражение. Кеннис всей душой захотел, чтобы тот стих – и ребенок так и сделал.