Паргоронские байки. Том 2

В котле старичины Дзо Кеннис мог поместиться целиком, но он не хотел топиться скрючившись. Он взял веревку, взял камень и пошел вдоль ручья. Ниже по течению тот становился все шире, пока не превращался в полноправную реку.

Берег с этой стороны был крутым. Кеннис несколько часов шагал, с неприязнью глядя на текущую воду. В теле по-прежнему сидела ужасная слабость, но усталости он не чувствовал. Тяжесть камня совсем не ощущалась.

Впереди показался мост. Довольно новый, ладно вытесанный. Кеннис уже много лет не уходил так далеко от лесной хижины и понятия не имел, что за люди тут живут.

Хотя можно просто не говорить им, что он ходячий мертвец. Кеннис не мог увидеть себя в зеркале, но ниже шеи-то он себя видел. Кожа стала бледной и сухой, ногти слегка удлинились, а клыки заострились, но этого не заметно, если не раскрывать широко рот.

О, а вот и люди. Сидят на мосту с плетеной бутылочкой чего-то. Держат удочки.

– Э-э, мужик, ты чего затеял? – опасливо спросил один, когда Кеннис подошел к мосту. – Ты это… не дури. Всегда есть другой выход.

– Да, тихо, тихо, – встал второй, выставляя вперед руки. – Ты это… подумай. Пока жизнь не кончена, все можно решить.

– Моя жизнь кончена, – безучастно ответил Кеннис. – Ничего уже нельзя решить.

– Это тебе сейчас так кажется.

– Или долги, может?

– Ну это вся кирня, мужик. У кого этих проблем не было?

Кеннис только отмахнулся. Рыбаки опасливо посмотрели на него, один откашлялся и попросил:

– Ну ты это хотя бы тогда… Ты если твердо решил – иди уж в другое место, лады? А то здесь мы рыбу ловим.

– Да-да! – оживился второй. – Слушай, тут рядом омут один есть! Глубоченный!.. Пойдем, я тебя провожу!

– Тля, Арьян, да ты задрал со своими раками, – проворчал первый.

– Так он же все равно ж топиться, хоть так, хоть эдак, – укоризненно посмотрел второй. – Чего добру зря пропадать? Это просто рациональное мышление.

– Пропитое у тебя мышление, а не рациональное, – сплюнул в воду первый. – Ни мозгов, ни нравственности.

Кеннис, дивясь рыбакам-философам, поспешил отойти подальше. Слишком отчетливо пульсировали жилки на их шеях.