Паргоронские байки. Том 2

Морские просторы его пугали.

По другую сторону пролива местность была уже не такая болотистая. Причалив, Кеннис задумался, бросить ли лодку и пуститься пешком или же поплыть севернее, поискать реку. Плыть южнее он не собирался – там точно будет много рек, но именно там начинается Эхидена, где кобрины кишмя кишат.

Во всяком случае, Кеннис так слышал.

Он все-таки поднялся севернее, добрался до реки и поплыл вверх по течению. Но река оказалась совсем короткой – уже на второй день превратилась в широкий ручей, а к началу третьего Кеннис сел на мель.

Пришлось все-таки оставить лодку с частью припасов и идти пешком.

Так начались долгие и трудные странствия Кенниса. Пять лет он бродил по просторам Сурении, нигде не находя приюта. В восточных степях, с которых он начал путь, людей жило довольно много, но они говорили на непонятных языках, странно одевались и либо служили кобринам, либо платили им дань.

Кеннис среди них выглядел домашней уткой, попавшей в стаю диких. Слишком сытый, слишком ухоженный, слишком образованный.

Когда люди узнавали, что он был кем-то вроде питомца, над ним издевались, называли кобринским отродьем. В одном селении забросали камнями, и они с Тварькой еле сумели спастись.

Для Тварьки Кеннис соорудил колпачок с наглазниками. Злобный василиск по-прежнему пытался убить всех, кого видел. Кеннис не раз и не два порывался его бросить, прогнать, но Тварька противно шипел и тащился следом. В каком-то смысле он привязался к человеку, и его каждый раз становилось жалко.

Чем дальше Кеннис уходил на запад, тем реже встречались кобрины. Это все еще была империя Великого Змея, но здесь господа-рептилии уже только владычествовали над бесчисленными рабами-теплокровными. Люди трудились на полях, растили скот, покорно кланялись чешуйчатым хозяевам, но по факту были скорее крепостными, чем рабами.

Кеннис перевалил через древние горы Мардахай, где видел огненных великанов – муспеллов. Добрался до юго-западных берегов Сурении, где кобрины вели нескончаемую войну с народами гигантских артропод – арахнидами и апинидами.

Но в конце концов дорога привела его на северо-запад, к цветущим долинам Средиземной реки. Там измотанный путник решил остаться – хотя бы на время.

Но это по-прежнему была империя Великого Змея. Здесь по-прежнему на холмах стояли замки кобринов-предстателей, что свысока смотрели на жалких теплокровных крестьян. Любой человек имел господина.

Но к людям Кеннис больше и не стремился.