Вода

Русская продолжила:

– Платформа, которую мы разработали, предполагает установку в общественных местах специальных проекционных экранов для удобства. Захотели подключиться в кафе, или на вокзале, или в автобусе – пожалуйста! И сейчас, когда объединение России и Китая произошло, уже выделены деньги на все то, о чем мы просили, я это знаю! Проект будет воплощен в жизнь именно в том виде, в каком мы задумывали!

Толстячок проворно свернул рабочий стол, ловко опустил рукав рубашки. Продолжая улыбаться, он придвинулся к профессорше и затараторил в камеру:

– Рариса!.

Его слова заглушил голос переводчика:

– Лариса Ивановна – мой друг! Мы столько лет работаем вместе! Сейчас наши страны объединились – и это счастье! У нас впереди столько возможностей! И не нужно ничего скрывать! Нет государственной тайны, потому что теперь – единое государство! Впереди нас ждет много работы и много открытий! – торжественно закончил он.

Лариса Ивановна солидарно кивала головой и в конце речи первой протянула Гао Вэю руку, которую тот долго тряс, кланяясь.

Камера переключилась на выставку робототехники, которую уже называли «отечественной». Зрителям предлагались небольшие яйцеголовые роботы-няни, показывающие детям развивающие видео, бесконтактные роботы-уборщики, которые «бомбят» помещение – не только устраняют пыль, но и безопасно дезинфицируют все пространство. Еще раз напомнили об идентификационном браслете.

Опять появилась студия. Нечаев пояснил, что в скором времени все совместные изобретения поступят в продажу и стоить будут на порядок дешевле благодаря объединению двух стран.

В следующем репортаже демонстрировались новые союзные магнитные ракетные установки, доказывающие зрителю, что теперь общими силами можно дать отпор любому противнику, как бы невзначай вставили кадры про Объединенное Американское Государство. Отдельно показали бывшие страны Нового Великого Халифата – Германию, Францию, Польшу, и в каждой у прохожих – чаще это были женщины в ярких хиджабах – спрашивали, что они думают об объединении России и Китая.

Зазвучала знакомая маршевая музыка, и камера снова вернулась к ведущему.

Дмитрий Птица раздраженно смахнул с пультового проекционного меню иконку программы, словно назойливую муху, и выключил экран.