Наша маленькая фобия

Я – предательница. Дрянь, бросившая нашу девочку.

Вышла в сад, пытаясь задушить клокочущее сердце. Утреннее солнце поднималось всё выше, даря тепло и надежду всему живому. Да, все живы, кроме меня. Прошла в сторону той скамьи, на которой он разрешил мне сидеть когда-то. Та самая с правой стороны зелёной ограды из тиса. Пусто. На месте скамьи новая клумба с нежно-сиреневыми цветами.

Тяжело выдохнула, отступив назад. Лучше вернуться к себе. Умыться прохладной водой и протрезветь. Повернула в знакомом направлении, минуя посадку с бордовыми пионами.

Приостановилась, заглядевшись на их пышность и грациозность. Сладковатый запах витал в воздухе. Присела возле клумбы и осторожно коснулась прохладных и шелковистых лепестков бутона. Почти как роза.

– В Индии пион считают символом неуклюжести и глупой гордости, – вздрогнула от звука чужого голоса и обернулась. На меня смотрели нежно-бирюзовые глаза молодого садовника. Мужчина, спрятав руки в карманах рабочего комбинезона, неспешно приблизился ко мне. – Его называют соперником розы.

Якобы он пытался однажды перещеголять красавицу розу, если не окраской и ароматом, то хотя бы величиной: пыжился, надувался, да таким и остался. Напоминает кого-нибудь?

Парень присел рядом и добродушно улыбнулся.

– Да, есть один, – не смогла сдержать ответной улыбки. – Прямо точь-в-точь.

– И кто же, если не секрет?

– Секрет, – загадочно посмотрела на Льва и, пройдясь ладонью по верхушкам цветов, поднялась.

Садовник последовал моему примеру, поравнявшись со мной.

– Ты давно здесь уже работаешь? – чисто по-человечески поинтересовалась я, двинувшись вдоль по саду.

– Почти полгода, – ответил Лев, идя рядом. – Честно говоря, и не собирался здесь работать, но папа стал часто болеть и ему нужна помощь. Я учусь. В следующем году заканчиваю архитектурный университет.

– И на кого учишься? – продолжала поддерживать беседу.

– Ландшафтный дизайнер, – горделиво ответил садовник. – Поэтому и согласился помочь отцу. Всё же цветы и земля – составляющие моей профессии.

– Мудро, – кивнула я, дойдя до дверей своей комнаты.

– Ты так и не закрываешь двери?

– Пока нет, – кивнула я.

– Почему?

– У меня клаустрофобия. Боюсь тесных пространств, – пояснила я.

– Бедная. Это же ни в автобусе не проехать, ни в кино не сходить, – на последней фразе парень загадочно улыбнулся, и я неожиданно поняла его внутреннюю надежду. Нет, я не готова к подобному отдыху с каким-либо мужчиной.

– В автобусе езжу летом.