Наша маленькая фобия

– Мы разошлись, – продолжала я, а руки нервно перебирали подол платья. – Не срослось.

– Как же у тебя всё просто, – горько и с презрением произнёс он. – Трахалась с одним и кричала, что любишь. Потом, бац, появилась проблема, и ты живенько удрала к другому. Даже ребёнок стал не нужен.

– Арсению я никогда не забывала, – тут уже не выдержала. – Я отдала тебе её, потому что так было правильно. Ты богат и обеспечен, поэтому мог дать ей всё необходимое. И я уверена, ты бы сам потребовал у меня малышку. Я лишь приняла верное решение.

Марк кивал, соглашаясь с моими доводами, но на лице сохранялась странная ухмылка.

– Да, у тебя всё ладно получилось, – вновь прожёг изумрудами глаз. – Только есть одно маленькое "но". Арсению принесли в поместье за месяц до моего освобождения. Откуда ты знала, что я выйду из тюрьмы и смогу сделать всё то, о чём ты только что сейчас говорила? Как никак, мне грозило десять лет и шансов никаких не было.

Испуганно сглотнула, поняв, что попалась. Да, по сути в этом сценарии я не должна была знать, что Марка освободят.

– Есения, ты лжёшь. С какой целью, не знаю, но обязательно доберусь до правды. И тогда пощады не жди.

Сглотнула, понимая всю весомость угрозы.

– Зачем тебе эта правда? Разве что-то можно изменить? – этим вопросом ударила не в бровь, а в глаз. Мужчина чуть попятился и потупил взор. Да, может именно в эту секунду он сможет меня услышать. – Марк… Нас больше нет. Я сожалею, правда. Нет смысла, что-то менять и оправдываться. Мы теперь другие.

Ты обручён, богат и успешен. А я… Я лишь прошу сжалиться надо мной и позволить быть рядом с Арсенией, хотя бы издалека. Прошу, ради нашей любви в прошлом. Я родила её, Марк. Я всё равно её мать. Умоляю тебя. Это всё, что мне нужно. И я на многое готова пойти ради этого. Сделаю всё, что скажешь. Только позволь быть рядом с дочкой. Я ничего не скажу ей, клянусь.

Мужчина смотрел в пол, сосредоточенно слушая меня. Лицо превращалось в камень, а фигура не внушала покоя. Отец моей дочери молча слушал, а волосы на затылке топорщились.

Смотрела на его профиль, тихо умирая. Он стал еще более красив, мужествен и… Больше не мой.

– Уйди, – процедил он, расстреляв мои надежды.

– Марк…

– Пошла вон! – рявкнул грознее.

Из груди вырвалось подобие стона, но я вынуждена покориться.

– Да, ухожу, – понурив голову, молвила я и покинула его покои.

Дверь прикрыла аккуратно – хлопать бессмысленно. Он не захотел меня услышать. И, наверное, никогда не захочет.