Наша маленькая фобия

Марк презирал и уничтожал меня в каждом своём взгляде. Любимые изумрудные глаза, где раньше я купалась в волнах блаженства, теперь источали пропасть, в которой можно запросто погибнуть.

– Еся, тебе плохо? – испугался за меня Игорь Матвеевич и спешно приковылял ко мне. Мягко коснулся волос.

– Нет, всё хорошо, – жестом успокоила мужчину, переводя дух. – Просто… Просто он снова наорал на меня в этом саду. Как и тогда, – и нервно улыбнулась.

– В этот раз, увы, ты не цветы его сорвала, – грустно уронил отец Марка и протянул мне руку.

Мужчина было направил меня к дому, но я неуверенно вросла в землю.

– Игорь Матвеевич, что же мне делать дальше? – пискнула я, в страхе глядя на окна особняка и невольно выискивая наблюдающий взор моего демона.

– То же, что и до этого, правда с некоторыми изменениями. Придётся побыть пока горничной, но это лучше, чем ничего. Марк большую часть времени занят и не станет помехой для твоего общения с дочкой.

Я кивнула, соглашаясь, что хотя бы в этом мы выиграли.

– Идём в дом. Нужно проконтролировать нашего упрямца, пока он не наворотил делов.

Однако, с порога мы уткнулись в мужчину с азиатской внешностью. Незнакомец уставился на меня наглым и оценивающим взглядом, в котором с лихвой читалось презрение и насмешка.

– Надо быть последней дрянью, чтобы вернуться сюда и что-то требовать, – произнёс он, скривившись. – Но ты ничего такая. Теперь понимаю, почему ему так сложно было выбросить тебя из головы.

– Самат, кажется в ваши обязанности входит охрана молодого хозяина, а не обсуждение его личной жизни, – отчеканил Игорь Матвеевич.

– Марк мне больше друг, чем хозяин, – мужчина метнул в него колючий взгляд. – Не забывайте, в тюрьме мы выжили, потому что были друг за друга горой. На свободе ничего не изменилось.

С этими словами Самат, окинул меня новым взором презрения и отступил.

Поднявшись наверх к своей комнате, чётко слышала возмущённый плач за дверями детской комнаты, а также мужской голос, который уже не кричал, а что-то строго говорил.

– Ты пока не попадайся ему на глаза, – посоветовал отец Марка. – Я попробую снова поговорить с ним. Успокоить.

Покорилась и быстро скрылась за дверью своей комнаты. Сердце билось зайцем, слушая звуки за стеной. Он рвёт и мечет, не скупясь на крепкие словечки даже при ребёнке. Хлопнула дверь, и стихло, только обиженный плач так и продолжил литься сквозь стены.