Чужих не жалко

Стася задернула занавески. Бежевая ткань, закрыв темное окно, сделала комнату теплой, уютной.

* * *

О бизнесмене Бережкове, жену которого тоже не успел дописать Егор, информации в интернете почти не было. Бизнесмен иногда мелькал рядом с московскими и подмосковными чиновниками, и только. О жене его информация была. Жена Анастасия в прошлом была артисткой Москонцерта, а в настоящем периодически размещала в соцсетях собственные фотки. Еще высказывалась в блоге о текущих политических событиях, хотя лучше бы она этого не делала.

Иван достал телефон, открыл фото незаконченного портрета.

– Сонь! – крикнул жене. – Иди сюда!

На его взгляд, портрет однозначно принадлежал Анастасии. Несмотря на то, что на портрете она была загадочной красавицей, а на фотографиях – самой обычной женщиной.

– Сонь, посмотри, это она? – Иван сунул подбежавшей жене телефон и кивнул на экран компьютера.

– Она, – подумав, нерешительно подтвердила Соня.

– Да, – кивнул Иван. – Как бы на нее выйти…

– Владу позвони, – посоветовала Соня.

Журналист Влад Соколов специализировался на сплетнях современного полусвета. Иван давно был с ним знаком, иногда Влад делился с Иваном информацией, иногда наоборот.

– Сам знаю, – проворчал Иван.

Соня фыркнула и опять убежала на кухню.

Снова звать ее Иван не стал, сам отправился следом.

– Станислава сильно изменилась, – о том, что утром он виделся со Станиславой в квартире Егора, Иван жене уже рассказал.

– Начала носить очки? – засмеялась Соня.

– Нет, – улыбнулся Иван. – Очков не носит. Просто она такая спокойная, строгая. Как учительница.

Он мельком видел Станиславу на похоронах Егора, но там она пробыла недолго. Исчезла сразу же, как только все вышли из морга.

Сони на похоронах не было. У нее была легкая простуда, и от всеобщего страха перед коронавирусом из дома она не выходила.

Иван в те дни жутко боялся за Соню и на похоронах тоже пробыл недолго. Он заставлял жену каждые два часа мерить температуру и постоянно спрашивал, не пропало ли у нее обоняние.

– Она программист, – напомнила Соня.

– Помню.

Пять лет назад Егор явился к ним без звонка. Было уже поздно, Соня сидела над трудным переводом, а Иван уговаривал ее лечь спать.

Егор держал в каждой руке по бутылке коньяку.