Старый Свет. Книга 2. Специальный корреспондент

– Принять швартовы! – послышался зычный голос, и на причал полетели канаты, которые принимающая сторона тут же принялась крепить к кнехтам.

Борт корабля мягко ударился о кранцы, был перекинут трап, по которому первым сошёл морской офицер в белоснежном мундире. Он поговорил о чём-то с портовым чиновником и скомандовал начинать погрузку.

Пришлось подождать ещё немного, пока начнут пускать пассажиров. Всего нас было не больше дюжины – всё-таки корабль не предназначался для перевозки людей, хотя какое-то количество дополнительных кают тут имелось.

С восторженным чувством я ступил на трап, преодолел его и сделал первый шаг по палубе. И с неким сожалением отметил, что паровая машина тут всё же была – труба виднелась между мачтами. С практической точки зрения это было замечательно, но с эстетической…

– Лука! Проводи пассажиров к каютам! – приказал офицер, и навстречу нам выдвинулся бывалого вида матрос. Походкой вразвалочку он шагал впереди нас, предупреждая о необходимости наклонить голову, перешагнуть через канаты или не задеть какую-то важную деталь такелажа.

– Вам сюда! – сказал матрос. – У нас не отель, не обессудьте. – И хмыкнул.

Заглянув в предназначенную мне каморку, я остался вполне доволен – даже круглое окошечко-иллюминатор имелось, и в нём было видно море! Ну а койка, рундучок и небольшой стол так и вовсе казались предметами роскоши.

Заперев свой багаж на замок в рундуке, я отправился на верхнюю палубу наблюдать за тем, как корабль отчаливает.

С погрузкой почты закончили быстро, ждали только свежего ночного бриза, чтобы выйти с ним из гавани. Свободные от вахты матросы находились в увольнительных на берегу и собрались на пирсе только к вечеру.

Я никогда не задумывался о таких нюансах – суша остывает быстрее, и давление над ней повышается, соответственно, ветерок начинает дуть в сторону моря, над которым воздух остаётся тёплым, а давление низким… Парусники до сих пор пользуются этим природным явлением, причаливая днём и отчаливая в темное время суток.

Наконец пирс и палубу накрыла рабочая суета. За процессом наблюдал сам капитан – внушительный грузный мужчина с пышными бакенбардами.

– Отдать швартовы! – раздалась команда, а затем набор зубодробительных морских терминов.