Старый Свет. Книга 2. Специальный корреспондент

Матросы полезли по вантам наверх, паруса распустились белыми лепестками, корабль дёрнулся, приводимый в движение порывом ветра, и устремился вперёд, рассекая волны.

Я, чёрт побери, был счастлив – то, о чём мечталось так давно, теперь происходило наяву.

* * *

Меня выворачивало наизнанку. Перегнувшись через фальшборт, я пытался сдержать спазмы, но тщетно – морская болезнь плотно насела и отпускать не собиралась. Теперь я мечтал, чтобы после того, как сдохну, патологоанатом, вскрывая меня, хоть чего-нибудь нашёл.

Хватило четырёх часов плавания в открытом море при умеренном волнении, чтобы я проклял тот день, когда ступил на палубу «Гленарвана», и захотел отправиться в Зурбаган пешком. Каннибалы и рабовладельцы теперь казались мне меньшей из проблем.

– А, это вы? – Рафаэль был бодр и свеж. – Принести вам воды? Говорят помогает.

– Нет-нет, спасибо… – Я утёр лицо и почувствовал вкус соли – брызги волн долетали до верхней палубы.

– Да вы совсем зелёный! Пойдёмте, выпьем тёплого чаю с лимоном – всяко станет полегче, даже если вы продолжите разговаривать с морским дьяволом и дальше.

Он ещё и шутил! И его совершенно не смущала качка. Вальсирующей походкой горный инженер двинулся в сторону кормы – там располагалась кают-компания. Хватаясь за любую опору и теряя равновесие каждую секунду, я двинулся за ним.

Кажется, даже звёзды на небе потешались надо мной. Как же, героический офицер, вся грудь в крестах – и блюёт дальше, чем видит! Стыдоба! И почему раньше, на пароходах, со мной такого не случалось?

– Идёмте, чай готов!

В каюте таких несчастных, как я, имелось несколько – их легко было отличить от бывалых морских путешественников по бледно-зелёному цвету лиц.

– А вы что, часто в море? – спросил я у Рафаэля.

– В первый раз! – пожал плечами он и принялся наливать чай в чашки, не уронив ни капли мимо.

Ну надо же!

* * *

– Хэйа даг! – поприветствовал я Рафаэля, когда он, постучавшись, вошёл в мою каюту. – Гло йа ин Год?

– Чего? – удивился он.

Я отложил самоучитель языка гемайнов и сел на койке.

– Верите ли вы в Бога? – сказал я уже по-имперски. – Говорят, им этот вопрос заменяет приветствие.

– Кому «им»?

– Коренным жителям Наталя – гемайнам.

– А-а-а-а! И что нужно отвечать?

– Еэр аан дие вадер, ен зин, ен дие хейлиге геес, если я правильно разобрался с произношением.

– Аминь! – кивнул Рафаэль. – А если бы я был неверующим?

– Тогда у вас не получилось бы вести дела с гемайнами.