Когда умирает ведьма

Подъем, час на сбор вещей, трясущаяся по кочкам и ухабам Буханка, мама, разгружающая наши немногочисленные вещи в темноте… В общем, обычный и насквозь привычный быт. Мы даже думали, что нам повезло – дом был большим, крепким и теплым, с небольшим участком, на котором росли вишневые деревья, и даже кое-какими удобствами, вроде крана с проточной водой.

Мы с братом пошли в школу, мама задружилась с соседками по участкам, папа жил в своем штабе, дома практически не появляясь… Ни единого раза никто из сплетников, любопытствующих или сочувствующих не сказал нам, что с домом что-то не так.

Ну, знаете, как это обычно бывает: «В вашем доме в лохматом году погибла бабка и до сих пор кошмарит всех» или «На чердаке обитает кто-то лохматый и жуткий, воет иногда, батюшка говорит, что это Ванька-пьяница, а я думаю, что сам черт». Вот ничего такого не было и близко. И дети соседские к нам в гости поиграть приходили, и соседки забегали с мамой чаи погонять.

И от того я молчала. Понимаете, если бы хоть кто-то сказал, что в доме странно, я бы тут же поделилась тем, что заметила сама, но я думала, что странная тут только я.

Как-то я шла по коридору и не успела увернуться от дружеского братского подзатыльника. Корпус невольно потащило носом в ковер и… Знаете это ощущение, когда с размаху прыгаешь в ледяную прорубь? Холодно до ужаса, дыхание перехватывает, тело цепенеет. В общем, даже если бы я успела сгруппироваться в падении, после такого внезапного контрастного душа все равно пропахала бы собой пол.

И только когда брат кинулся меня поднимать, до меня дошло, что мне в принципе испытывать что-то подобное было не из-за чего.

Коридор был самым обычным коридором, без внезапного портала в ледяную прорубь. А чуть позже я опытным путем выяснила, что дело было действительно не в коридоре. И даже не в скоропостижном падении.

Все дело было в точках. В местах, странных и пугающих, разбросанных по всему дому как те мины на поле. А может точка была всего одна, и она просто перемещалась… Я назвала их «Точки Зла».

Человек, попадающий в такую точку, внезапно чувствовал резкий холод. Просто, ни с чего, внутренности как будто замораживало, ну, как с той прорубью. Папа каждый раз после встреч с точками обещал в пространство, что обязательно заделает все дыры и щели между стенами, потому что сквозняк нереальный. Мама добавляла газ в котле на максимум, жалуясь на паршивые старые трубы. Мы с братом вычислили безопасные места и всячески старались в точки не попадать.