Ведьма и закон

– Ну, как? Сложился диалог уже?

– Нет, – Руся честно состроила мордашку, «не обремененную интеллектом». Аксиому «месть – блюдо холодное» знала всегда назубок, тем более что жаловаться было не на что. Положение волей случая заняла весьма и весьма выгодное: не знает языка, а значит, всякой жити и нежити можно было при ней говорить начистоту, не опасаясь быть понятыми.

Она окинула оценивающим взглядом двоих вошедших вслед за Ярославом молодых модных пиджачков: симпатичные лица, накачанные тела, дорогая одежда, наглые взгляды и… как-то пригорюнилась, хотя виду снова не подала, сыграв очарованную красавцами даму.

Два черта – это, несомненно, мечта всей ее жизни! Мечта никогда не работать, не встречаться и даже случайно не пересекаться. Уж лучше цветочные феи! И как только в голову не пришло, что работать придется с кем-то потяжелее мага или домового. Воистину, Шут покровитель. Предусмотрительность – не ее конек.

Ярослав Сергеевич, не отрывающий внимательного взгляда от ведьмы, хитро сощурился и услужливо указал поочередно на каждого из своих спутников.

– Знакомьтесь, Маруся. Зверобой, Клеомен и Женя, мой секретарь.

Секретарь, обыкновенный черт и… Зверобой? Отпрыск черта и цветочной феи! На этот раз Козлова не удержалась и очень искренне, немного глупо хихикнула. Рядом раздраженно вздохнул Иму и, судя по презрительному выражению лица, отказался от мысли «поухлестывать». Бессмысленное слово из Иномирья. Маруся, конечно, сама таяла от модного поветрия последних лет – перенимать от людей красивые и интересные вещи.

Одежду, к примеру, обувь, украшения… но слова? С речью у иномирцев не всегда ладно складывалось.

Так поразивший ее черт, меж тем, оказался самым смелым и, не спеша, мягко приблизился к Марусе. Все как по учебнику. Обаятелен, сексуален, уверен в себе. Не каждому достается такая прелесть, а ей вот за какие-то грехи досталась.

– Здравствуйте, Мара.

– Руся, – поправила ведьма.

– Мара вам подходит намного больше. Таинственная и прекрасная.

Козлова с трудом задушила приступ раздражения. Впрочем, на каждое создание завсегда найдется свой меч.

– Что вы! – как можно искреннее воскликнула она и перекрестилась. Мужчина зашипел, посерел в лице и отступил на шаг. – Руся я!

Сбоку раздался тихий смех. Краем глаза ведьма отметила, что смеялся безымянный мазохист-цветочник.

– Ой, Русенька. Не нужно. Неужели не заметили, – вступился за своего сотрудника Ярослав Сергеевич. – Перед вами создание тьмы.