Неправильный Роман

Само собой, понимала, что он вовсе не обращается ко мне, а вкладывает некий скрытый смысл в звучание моего имени, но как-то отреагировать показалось наилучшим вариантом.

Кто ему дал право называть меня Нана? Мое пояснение про Ивонн явно пропустил мимо ушей.

Его зеленые глаза лукаво сощурились, а на губах появилась кривая ухмылка. Медленно, плавно, словно хищник, он сделал шаг навстречу, потом еще один, вынуждая меня отступать. И еще. У меня дыхание сбилось. Почему я не сопротивлялась? Почему думала о его губах, о его теле? Краем глаза зацепила, как он поставил стакан с виски на стеллаж, рядом с проигрывателем, туда же отправил мой смартфон, забрав из руки, и все.

– Нана, – шепотом повторил он, неотрывно глядя на мои губы, и ухмылка превратилась в полноценную улыбку. – Знаешь, Нана, ты – самое развратное создание, которое я встречал.

Я?! Сказать, что я удивилась, – ничего не сказать! Думаю, крайнее возмущение отразилось на моем лице, поскольку он рассмеялся.

– Нана, – он будто заклинание произносил, так интимно, ласково, склонился чуть ниже при этом. – Звучит так же развратно. Тебе подходит.

Глупое детское прозвище от родителей?

– Что он сделал, Нана? Что ты увидела там?

Я почувствовала дыхание виски на своих губах, дурманящий запах этого парня окутывал меня. Его зеленые глаза потемнели из-за расширившихся зрачков.

– Хочешь, чтобы я ушел? – неожиданно спросил он.

Я резко набрала воздух в грудь, собираясь произнести решительное «да», но лишь вдохнула непередаваемый, сводящий с ума аромат глубже, и голова немного закружилась, отбивая всякое желание говорить, тем более отказывать. Он опьянял. Буквально. Так бывает?

– Тогда скажи мне, что тебе так запало?

Мне… Я… Что сделало?

– Он целовал… – С ужасом и диким азартом, адреналином, поняла, что на самом деле отвечаю на вопрос! – Его целовала другая женщина.

– Чем понравилось? – Мой собеседник не отстранился, даже в лице не изменился. Только уголок его губ едва заметно дернулся.

– Он подчинялся, – выдала я, сама поразившись, что знаю причину своих эмоций.

– А тебе он не подчинялся? – Темная бровь насмешливо приподнялась. – Или для мадемуазель Нана это слишком неприлично?

Он неправильно подобрал падеж к моему имени, но меня это ни капли не волновало.