Сбой реальности

Нельзя сказать, что были друзьями – похоже, у Чейна вообще не было друзей (или же мы просто плохо искали). Как бы там ни было, благодаря одному из этих господ у нас и появилась идея создать сегодняшний сюжет.

Угол обзора смещается. На столе рядом с ведущим появляется металлический предмет, формой и размерами похожий на коробку для сигар. Хромированные отблески играют по блестящей поверхности.

– Позвольте представить вам многоуважаемого… Колла. Полагаю, настоящее имя этого джентльмена не имеет принципиального значения, раз уж сам он не пользуется им долгие годы.

Как видите, у него даже биологического тела не осталось, что нередко случается с профессиональными хакерами… А эта емкость служит скорее для наглядности – парень вышел на связь непосредственно из Сети. Добрый вечер, Колл.

– Добрый вечер, Роберт. Как эфир? – Голос доносился из коробки.

– Спасибо, нормально. Почему ты решил с нами связаться?

– Не хочу, чтобы Чейна забыли. Он этого не заслужил.

– Насколько мы поняли, Волков приложил руку к тому, что ты превратился в компьютерную программу.

– Верно, но я его не виню. Напротив, он дал мне вторую жизнь – в Сети не так плохо, как кажется. Впрочем, сейчас речь пойдет не об этом.

– Именно так. – Камера вновь «наезжает» на Роберта. – Этой ночью вы услышите пять историй о Чейне, поведанных пятью разными людьми. В ходе подготовки передачи мы успели выяснить, что все эти истории, определенно, будут разниться по размеру. Вместе с тем, они связаны хронологически, описывая наиболее насыщенный отрезок жизни мистера Волкова.

Последующая история превысит по объему предыдущую, приблизительно, в пропорции два к одному. Это получилось помимо нашей воли, но теперь я понимаю, что так даже лучше. Тех, кого не заинтересует история Колла или следующая, могут спокойно выключать головизор и отходить ко сну.

Камера демонстрирует коробочку.

– Итак, Колл, мы внимательно слушаем…

01. Цена свободы

Жара стояла нестерпимая. Кондиционер, захлебываясь, бешено вращал лопастями, однако воздух почти не охлаждался.

Чейн достал очередную сигарету и закурил, глядя на сидевшего перед ним человека. Он курил в исключительных случаях – после окончания операции или хорошего секса. Как первое, так и второе случалось не часто.

Табак, смешанный с марихуаной, медленно тлел. Вентилятор разгонял дым по всей комнате. Дневной свет, пробиваясь в щели жалюзей, превращался в тонкие прямые лучи.

Чейн сделал затяжку и сел поудобнее.