Украсть Альфу

Вы с Аллият связаны, и скоро породнятся и наши стаи. Законно, красиво, со всем уважением. О другом варианте даже не заикайся, я свою дочь, пусть и приёмную, второй женой не отдам. Ни любовницей, ни наложницей. Только женой, официальной. – Чингиз скупо улыбнулся. – Поздравляю с обретением пары, альфа Тимур.

Тимур сел в машину, сказал водителю ехать. Потом понял, что не может в таком состоянии вернуться домой. Приказал остановить. Вышел в лес, долго ходил между сосен, пиная шишки и камни.

Успокоиться не удавалось.

Волк рвался на свободу, по телу то и дело пробегала судорога незавершившейся трансформации. То глаза вспыхивали алым, то когти росли на руках. Тимур решил выгулять сошедшую с ума от радости дикую часть. Разделся, сказал водителю ждать.

А когда обратился, сиганул в лес, только пятки сверкнули. Бежал со всех ног в направлении дома, откуда недавно уехал. Хватал себя за невидимый поводок самоконтроля и поворачивал в сторону. Дурил страшно. Катался по мхам. Поднимался на горки и кубарем слетал вниз.

Прибавлял и прибавлял скорость до вываливающегося из пасти языка. И уже думал: всё, выбегал, от души отлегло, и невыносимое возбуждение утихло.

Но мимо пробежала волчица. Белая, юная, но уже не щенок. С тем самым запахом – манящим так, что невозможно остановиться.

* * *

Проводив гостя, Чингиз вернулся на кухню. Разговоры и смех сразу же стихли. Женщины поспешно потупили головы, и первой из всех – Аллият.

– Ты хорошо постаралась сегодня, дочка, – мягко сказал ей Чингиз, намеренно забыв об участии остальных – чтобы меньше дружно смеялись.

 – Обед удался на славу. Гость был так доволен, что попросил меня сюда его проводить и лично тебя поблагодарить.

Аллият скромно опустила голову: похвала ей доставалась так редко, что за всю жизнь случаи на пальцах можно было пересчитать. Что легко даётся, то не ценится. Чингиз твёрдо знал: сегодняшний случай Аллият запомнит надолго и будет ещё сильней стараться ему угодить.

– Заканчивай здесь и иди-ка побегай.

– Но ещё всем обед подавать, – осмелилась напомнить Аллият. Проявила ответственность и старательность.

Чингиз не без оснований гордился своими методами воспитания.

– Другие подадут, руки не переломятся. А ты беги в лес, развейся, побалуй волчицу.

Аллият подняла голову, и в её голубых глазах сверкнули золотистые омежьи искры.

– Спасибо, отец.

Воспитанная девочка, она поклонилась и юркнула за дверь.

Чингиз улыбнулся.