Мост спасения

А Зубрилов был мужиком суровым, особенно в отношении денег. Он безудержно тратил их на свои прихоти, но в долг давал редко и еще на более суровых условиях, чем банки.

К тому же у Зубрилова была дочь-уродина, которую он хотел сплавить, выдав замуж за какого-нибудь более менее значительного субъекта, пусть даже бедного.

Однажды по пьянке он предложил свою Розолину (это же надо было так назвать уродину!) Глебу, от чего того едва не стошнило. Когда он впервые увидел эту высокую, с лошадиным лицом девушку, откровенно пялившую на всех свои базедовые страстные глаза, то про себя перекрестился.

* * *

Глеб плюхнулся на диван, раскинул руки крестом и уставился на портрет матери, который висел напротив и который написал выдающийся народный художник-примитивист Терен Муйский.

Муйский, вот кто его спасет. Банкиры страшно любят оригинальную живопись. Вернее, любят ее показывать своим коллегам, особенно зарубежным. Муйский – украинский Пиросманишвили – такой же безнадежный алкаш, вытащенный с того света матерью Глеба.

Мать заметила необыкновенную худобу Муйского, тогда начальника участка строительного треста (она приехала проверять отчетность в управление). Узнала, что Муйский страшно нуждается, хотя и получает неплохую зарплату. У него была больная мать, юродивая сестра, большие деньги он платил за квартиру, которую снимал.

Мать пожалела его, добилась у управляющего трестом повышения зарплаты Муйскому, сама чем могла помогала.

В благодарность Муйский написал несколько ее портретов, один из которых и висел сейчас на стене в квартире.

Муйский после смерти матери перешел к Глебу как бы по наследству. Умирая, мать просила не оставлять этого талантливого человека, помогать ему.

Талантливый человек все пропил, он уже давно не был начальником участка строительного треста. Диплом об окончании института был кому-то продан по дешевке, пропит в прямом смысле слова.

Муйский оказался на мусорнике. Много трудов пришлось употребить Глебу, чтобы найти украинского Пиросманишвили, который зарабатывал деньги малярством.

Муйский тяжело отходил от прежнего образа жизни. Но возможость питаться, спать в тепле и немного выпивать каждый день (Глеб установил строгую норму) сыграли свою роль.