Завтра мы вернемся

На самом же деле умирающее сознание, боясь стать тем самым ничем, создает себе мир, в котором может все, человек остается там в своих лучших мечтах, и все это плотно упаковано в самую последнюю секунду жизни. – Первый остановился, переводя дыхание, на его лбу выступил пот, который он тут же стер, еле поднявшейся рукой.

– Вроде бы все и складно, – Второй наклонился на сухой еловый ствол, – да только мораль нашего мира, привычная каждому с малолетства, теряет смысл.

– Это почему еще?

– А ты сам подумай. Чему нас эта мораль учит?

– Делай добро и потом воздастся, – искатель остановился на секунду, осознав, о чем пошла речь – делаешь зло – получишь боль и такое же зло.

– Молодец. Но теперь выходит, что ты независимо от своих действий получишь персональный рай, нужно только дождаться нужного момента, а до этого хоть храмы жги, хоть власть топором сгоняй. Считай как у буддистов: любые действия приводят к любым последствиям, только у нас последствие одно – бесконечное удовольствие.

Первый задумался над словами парня, ответить было совершенно нечем.

31

– Поработай над своей теорией, – заключил Второй – пора уже идти, мы ведь уже на границе – и искатель указал на тонкую линию мха под своими ногами.

– Вот тебе и на. Искал – искал и в итоге не заметил под самым носом, – расстроился Первый и быстрым шагом перешел еле заметный ряд из светлого растения.

– Будет тебе еще, прекращай вести себя как обидчивый ребенок – искатель был раздражен, он не очень любил мужчин, которые не были достаточно серьезны что ли, когда они от какой-нибудь мелкой оплошности в жизни сразу теряли лицо, расстраивались и чуть ли не начинали плакать, но это в отдельных случаях. Мужчина всегда должен быть сдержанным и не падать на землю от легкой жизненной подножки.

– Сколько еще до места? – Удивительно серьезным тоном спросил Первый, загадочно смотря вперед, он широким шагом шагал, засунув руки в карманы. Уже донельзя грязные штаны превратились в нечто твердое неопределенного цвета, как засохшая разномастная глина на проселочной дороге.

Оставалось совершенно немного до таинства лесного ритуала. Двое медленно пробирались через редеющий лес.