Клетка

Буквально так я и выразился, видно, совершенно пропитавшись лексикой моей биологини, слегка добавив своей высокой поэтической души.

С матерями своих девушек я никогда не знакомился, инстинктивно их опасаясь. Но ведь я еще никогда и не женился, так что, хочешь не хочешь, а такой визит нанести нужно было.

Я спросил, как мне одеться, чтобы выглядеть перед мамашей достойным супругом? Ника ответила, что я вполне нормально одет, что больше ничего не нужно.

Я никогда не носил галстуков и избегал костюмов, а обходился куртками, свитерами и джинсами.

– Моя мама – наш человек, – заглянула мне в глаза очкастая Ника.

Нашим человеком, насколько я понял, стал недавно и я. Это Ника принимала «в наши». Меня это должно было радовать.

Сказать, что я волновался перед визитом, так нет. Мне как-то было по барабану, я ведь решил жениться.

А небольшая комната в коммунальной квартире у меня была. Я уже два года после смерти матери жил в ней и дружил с соседями. Так что, можно сказать, я был жених с приданым, а, следовательно, независимым.

Ника с матерью жила в доме, построенным по чешскому проекту (это мне Ника сообщила с непонятной гордостью). Визит следовало нанести лучше утром.

– Вечером уставшая мама плохо воспринимает реальных людей. Только по телевизору.

– Она у тебя весь вечер смотрит телевизор? – спросил я.

– Нет, только сериалы.

– А разве сериалы…

– Нет, – не дала мне договорить Ника, – сериалы – это не телевизор, а жизнь в клетке особого воображения.

Господи, вздохнул я про себя тихо, чтобы не услышала моя будущая жена, и тут клетка!

Мы пришли к Маргарите Александровне в одиннадцать часов утра. Было воскресенье. В воздухе летало настроение легкой обалделости от бессмыслицы происходящего.

На Маргарите Александровне был надет красивый халат в бело-синих пунктирах. А сама она выглядела свежей и даже моложе своей дочери. Такое иногда мы видим в тех же сериалах, где мать выглядит моложе дочери. Это всегда вызывало во мне протест.

Но тут была, что называется, самая реальная реальность. Наверное, Нику старили все-таки очки.

Маргарита Александровна тут же усекла мое недоумение и победительно улыбнулась, будто я пришел делать предложение ей, а не просить руки ее дочери.

– Вы великолепно выглядите, Маргарита Александровна, – заявил я. – Даже моложе Ники.

Эти слова, которые сформировались в мозгу и поступили через глаза к моей будущей теще, в словах выглядели гораздо прозаичней.