Клетка

Ее основой постулат: не гены являются главными в программе жизни человека, большее влияние имеют условия и обстоятельства существования индивида, то есть тебя.

– Я, по-моему, сейчас неплохо существую: пью шампанское, заедаю его заливным и с интересом слушаю студентку-профессора биологии.

Мы сидели среди разгоряченных пар, слева и справа на нас давили, чтобы мы приняли участие в общем разговоре или рассказали, о чем там шепчемся.

Но я только отмахивался, так мне было интересно то, что рассказывала Ника.

Это же надо: в новогоднюю ночь под хороший кайф слушать про клетку.

Очкообразные глаза Ники горели, она готова была мне всю ночь рассказывать об этих ДНК и ядрах, которых в качестве экспериментов лишают клетки (и тогда они, неспособные к репродукции-рождению новых клеток – умирают), и еще Бог его знает о чем.

А я слушал и не мог наслушаться, потому что мне так понравился голос Ники и ее манера говорить.

Ника выступала на сцене в полутемном зале. Задник сцены ярко светился, а лица ее не было видно, а только голос, которым она то пела, то говорила, растягивая гласные.

На меня нападала приятная дремота, я впитывал в себя, как клетки, питательную влагу искусства. Мир мой наполнялся неизвестным доселе цветом и ароматом.

Утром я пришел к выводу, что неплохо провел новогоднюю ночь, познакомившись с удивительной девушкой и клетками…

Маргарита Александровна

Через два дня мы решили с Никой пожениться. В ту новогоднюю ночь я не успел ее даже поцеловать, а только слушал голос.

Потом мы целый день ходили смурными по заснеженному городу, заходили едва ли не в каждую кафешку, чтобы посидеть и посмотреть друг на друга.

О чем мы говорили, я не помню. Но говорили беспрерывно, вцепившись друг в друга. Ника была водой, а я путником, который прошел без Моисея пустыню и жаждал только одного – напиться.

И вот передо мной оказался источник, наполненный холодной чистой и звенящей влагой. И я пил и никак не мог остановиться.

Помню, уже к вечеру, до меня дошли слова Ники, что мне следовало бы прежде познакомиться с ее мамашей. Я никак не мог понять, прежде чего?

И только потом, когда мы уже расписались, Ника сказала, что где-то в середине дня в кафе «У Георгия» я предложил объединить наши две клетки и создать одну – неделимую.