Купи меня дорого – 2

– Я никому не говорила, про то, что случилось с Денисовым, – перепугано пробормотала я.

– Я знаю, – кивнул Демид. – Тебе и не надо было. Я очень быстро выяснил, что наблюдение за тобой ведется не только моими людьми. Я собирался вмешаться, увезти тебя до того, как Греков начнет действовать, но немного не успел.

– Ты его знаешь? – я изобразила искренне изумление. Его глаза подозрительно сощурились, впившись в мое лицо. Черт, если он догадается, мне крышка.

– Довелось, – сдержанно произнес Демид и окинул меня вопросительным взглядом: – А, ты, Матрешка, ты думаешь, что знаешь Руслана Грекова?

– Он сам себя не знает, – ответила я и отвернулась, уставившись на огонь за проржавевшей заслонкой.

Говорить о Руслане сейчас не хотелось. – Он убьет нас обоих, если найдет здесь.

– Не найдет, – уверенно бросил Демид. Я с трудом сдержала скептическую ухмылку и сразу почувствовала на себе пытающийся прочитать меня взгляд. Хотелось закрыться, не позволить увидеть глубже. – Заказ на мою ликвидацию действует почти два года, но мне, как видишь, удаётся не встречаться с его киллерами.

Некоторых неудачников удалось убрать до того, как они вышли на меня.

– Что ты ему сделал? – спросила я, взглянув на Демида.

– Взял кое-что из сейфа Денисова. Кое-что, содержащее информацию, способную засадить Грекова в тюрьму на длительный срок.

– Диски? – припомнила я. Демид кивнул. – Денисов собирал компромат на бизнес-конкурентов? – выдвинула единственную гипотезу, которая пришла в голову.

– Нет, Матрёшка, – Снайпер ухмыльнулся, глотнув еще своего пойла.

 – Денисов собирал коллекцию порнофильмов, снятых в подвале его дома.

Версия Снайпера прозвучала реалистично, я бы даже сказала логично. Порнофильмы и Греков вполне укладываются в одну схему.

– В фильмах участвовали несовершеннолетние? – уточнила я, пытаясь понять в чем может состоять опасность записей для Руслана. Я никогда не замечала за ним влечения к совсем молоденьким девчонкам. Я была исключением, а не правилом. И мне двадцать.

Стальной блеск в глазах Демида и напряжённая линия челюсти заставили меня нервно заерзать на месте. – Насилие? Садизм? – внутренне содрогаясь, я перебирала варианты.

– Все это имелось в ассортименте, – не стал опровергать Демид, и меня бросило в жар, потом сразу в холод. – Но Греков засветился на другом.

– Чем же? – спросила с опаской.

– Убийство, – прозвучало, как выстрел.

– Нет, – выдохнула я, чувствуя, как спина под блузкой покрылась холодной испариной.