Гримуар лиходеев. Гризельда

А значит, проблем с лицензией быть не должно, но всё же следует это проверить».

– Если вы задаётесь закономерным вопросом о лицензии на моё создание, то зря волнуетесь. Мы с мамой прибыли из Асториса, а в этом городе, как вы знаете, эксперименты над живой материей не запрещены, – прозвучал совсем близко тоненький кукольный голосок.

Боул вздрогнул, не ожидая столь подробного, а главное, скорого ответа на вопрос, даже не озвученный вслух.

– И нет, мысли ваши я не читаю, просто предполагаю логичный интерес для принципиального детектива, подобного вам.

– Так значит, это твоя мама сделала тебя такой? – Пропустив мимо ушей предыдущее высказывание, Фиджеральд, как настоящая ищейка, зацепился за интересующее его в данный момент. – Или с её разрешения это сделал один из кукольников Асториса? Какой-нибудь каторжник?

– Нет, это она, – утвердительно ответила Вианон.

Хоть и не желая того, детектив громко выдохнул и скрипнул зубами, сдерживая рвущийся наружу неласковый эпитет.

– У неё не было выбора. Она и так многим рисковала ради того чтобы я продолжила свою жизнь… – В голосе куклы зазвучали грустные нотки. – Но не будем об этом, лучше расскажите про капище.

– Я ещё не закончил… – проворчал Боул, ныряя рукой за лацкан помятого пиджака, чтобы достать пачку сигарет. Однако тут его ждало жгучее разочарование. Память услужливо подсказала, что пустую упаковку он выкинул ещё вчера ночью, когда выходил покурить в перерывах между работой, а новой разжиться не успел.

– Зато я закончила, – на полном серьёзе призналась Вианон. – Поэтому не вижу смысла тратить время на пустые попытки меня допросить. Так что там с капищем?

– Не сейчас, – проворчал детектив, заметив впереди угол Сорок седьмой улицы. А когда пригляделся, с недовольством сплюнул на тротуар, заметив столь ненавистную проблему по имени Феллоуз Флетчер.

Сидя на корточках, бывший могильщик, а ныне криминалист, собирал пинцетом биологические материалы новоиспечённой жертвы автокатастрофы.

А стоящий рядом специалист дорожного управления допрашивал то ли очевидца, то ли виновного.