Дом над обрывом

Он проектировал этот дом для себя и для таких, кто может жить в коллективе. Я тебя с ним познакомлю. Он пенсионер, на работу редко ходит, там его очень уважают.

– И выпить дает.

Тарас подозрительно посмотрел на меня.

– Дает. Сам пьет только Закарпатский коньяк. Там воздух хороший – дистиллированный. Коньяк всю эту благодать усиливает. Сразу становишься себе интересным. Когда-то и я им баловался, а теперь по статусу не полагается.

* * *

– Ну идем смотреть зимний сад, – предлагаю я Тарасу.

– Бутылочку с собой прихватим, а можно и архитектора.

Тарас сумел меня расслабить, работать категорически не хотелось, тем более, убирать квартиру. Ничего, Таня переживет.

Мы поднялись на полуэтаж, перед нами возник длинный коридор, в конце которого находилась дверь. Тарас шел впереди, и я обратил внимание, что он припадает на левую ногу.

* * *

Тарас открыл высокую деревянную дверь, мы очутились…в саду. По всей территории в деревянных кадках росли деревья.

Я вышел на поляну, где были расставлены столики, имелась небольшая эстрада, на которой сидел старик, похожий на физиолога Павлова, что-то писал мелким бисером.

– Ждем, ждем. Вы с 45-й квартиры, верно? – обратился он ко мне.

И тут же представился:

– Марк Сергеевич, прошу, садитесь.

* * *

– Вы только посмотрите, – заговорил Марк Сергеевич, словно продолжал давно начатый разговор, – люди сегодня разъединены. Все живут в изолированных квартирах, дворов, других точек соприкосновения, кроме хождения по именинам, нету.

А в нашем доме люди смогут общаться. Всего лишь подняться на крышный этаж, и вы в дискуссионном зале среди зелени и чистого кислорода. Чистый кислород рождает чистые чувства. У людей сегодня такого рода чувств все меньше и меньше, потому что все меньше и меньше кислорода.

* * *

Марк смотрит на нас с Тарасом с нескрываемой гордостью.

– Идея очень хороша. Даже близкие родственники предпочитают разговаривать по мобильным телефонам.

Тарас посмотрел на меня исподлобья, не затеваю ли чего.

* * *

А мне действительно нравилось: этакий сталинский проект коммуналки, который называли «слезами социализма». Конечно, тут не коммуналки и спорно, чтобы современные люди собирались для пустых разговоров в этом прекрасном саду с прекрасным видом.