Я (не) буду твоей, дракон!

 – Возможно, Эдетей в измененном состоянии создания совершил чудо.

– Я не верю в чудеса, – философски заметил Даарей. – Поэтому жду от тебя подробного отчета.

Я уходил от красного повелителя в смешанных чувствах. У Лары действительно есть тайна – она моя истинная пара. Конечно же, нельзя допустить, чтобы об этом кто-нибудь узнал, ведь тогда на свет выйдет правда и обо мне. Я и так неосмотрительно раскрылся, когда не смог удержать драконью сущность, и Лара увидела ее. Прекрасно, что моя девочка не испугалась – было явно видно, что я ей понравился.

Но говорить о том, кто она для меня, я пока ей не буду.

Нужно найти ее как можно скорее. Она нарочно прячется?

В считанные минуты я вернулся в комнату, куда выводились данные с кристаллов слежения. Нашел сигнал с амулета-переводчика. Надо же, Даарей оказался прав: моя девочка оказалась на кухне.

Но как она попала туда? И почему я не увидел ее в прошлый раз?

Надо выяснить. Мысль о том, что нужно допросить Лару, определенно мне нравилась.

Как она посмела прятаться все это время? От меня?! Хищник во мне поднял голову и устремился за добычей.

Наверное, я на какой-то момент перестал контролировать Силу, потому что при моем появлении в дверях кухни все ее работники быстро ретировались.

Такого со мной не случалось уже очень давно.

И это нехорошо – я могу выдать себя, сам того не желая.

Но последующие события показали, что инстинкты решили окончательно вырваться на свободу и взять контроль над разумом.

Драконья сущность стремилась к паре, желала как можно скорее сделать её своей, и поставить печать принадлежности.

Лара что-то говорила, но я больше слушал звучание её голоса, чем слова. Никогда еще ни одна женщина не вызывала во мне такой жажды обладать ею.

Я потерял голову.

Последняя разумная мысль была – выставить охранный контур, чтобы нам никто не помешал.

***

Лара

Вик повернулся ко мне. В его синих, как сапфиры, глазах было очень мало разума: на меня смотрел некто, ведомый одними инстинктами.

И правил балом там сейчас инстинкт основной.

Меня это не устраивало. По Вику явно видно, что его не волнует окружение: он готов разложить меня прямо тут, на столе. Эта мысль возмутила, но вместе с тем и вызвала невольное любопытство – а каково было бы испытать нечто подобное?

Я потрясла головой, отгоняя странные фантазии, порожденные не иначе как временным помешательством.