Сбежать от властного дракона

 – Дело не в способностях вашей дочери, просто наши миры очень разные, насколько я могу судить из воспоминаний самой Маргариты.

– Ты получила ее воспоминая? – леди Валлойс выглядела удивленной.

– Да, – не стала отпираться я. – Так не должно было быть?

Но мой вопрос просто проигнорировали. Леди Валлойс, похоже, решила сделать вид, что просто не расслышала его.

– Получается, что я, захотев защитить дочь, отправила ее на испытание, которое она вряд ли выдержит, – пробормотала она. – Моя Маргаритка такая нежная, такая ранимая, – обратилась она уже ко мне.

О, так меня собираются возвращать обратно. Хоть одна хорошая новость.

– Что за миссия? – спросила я.

– Я уже говорила, – ответила леди тем визгливым голосом, от которого разом заныли все зубы. – Ты должна убить Райша Шихейма.

Я пока решила не возмущаться и не спорить с собеседницей.

– Как вы хотите, чтобы я убила его?

Насколько я уяснила из воспоминаний все той же Маргариты, Райш Шихейм – оборотень, который способен превращаться в гигантскую летающую рептилию. Да и в человеческом обличье он выглядел достаточно устрашающе: высокий, мощный мужчина, в совершенстве владеющий всеми видами оружия. Ах да, он, к тому же, еще и маг. Что поделать, жизнь у драконов длинная, вот и обрастают они умениями, как елка игрушками перед Новым годом.

Не то, чтобы я собиралась становиться наемной убийцей, исполнительницей воли неуравновешенной женщины, у которой, похоже, слегка сдвинулась крыша от пережитых испытаний и горя, но…

Не хочу думать о том, что у меня просто может не остаться выбора.

– Видишь ли, Райш Шихейм – самое могущественное существо нашего мира, – голос Леды Валлойс снова стал нормального тембра. – Убить его очень сложно, если не невозможно. Но я нашла прекрасный, беспроигрышный способ.

– Это как? – не поняла я.

– Это случится в вашу брачную ночь, – ответила она, и взгляд ее стал мечтательным. – Моя месть будет сладка. Едва он познает близость с тобой, яд, что поместили в тело моей дочери, проникнет в кровь дракона, и он умрет.

Видимо, у меня на лице было написано искреннее сомнение в ее плане, потому как леди решила разъяснить подробности.

Под конец ее рассказа мне хотелось ругаться в голос.