Слова

Я решаю попробовать иную тактику.

– В какие дни и в какое время ты свободен? Я обычно могу после школы и по выходным.

Я даю себе мысленную пощечину, поскольку только что выставила себя неудачницей.

Феникс откидывается на стуле, расставив ноги, и на его великолепном лице читается раздражение. Будто это моя вина, что он здесь.

Открыв папку, я достаю эссе, которое нам нужно прочитать и проанализировать, и список вопросов по нему.

– Ладно. Составим расписание позже. – Я двигаю лист по столу. – Я дам тебе несколько минут, чтобы прочитать это, а потом мы можем…

Не сделать ничего… потому что он покидает класс.

Несколько мгновений я сижу не двигаясь, ошеломленная его наглостью. Я здесь пытаюсь помочь ему, дабы он сумел выпуститься, а он просто встал и ушел, не сказав даже «спасибо» или «да пошла ты».

Внутри закипает раздражение, и я бросаюсь вслед за ним.

Мне надоело, что люди принимают мою доброту за слабость. Устала от придурков, считающих, что они могут просто воспользоваться мной, поскольку я не выгляжу как модель из социальных сетей и не ношу второй размер.

Устала мириться с дерьмовым отношением, которого не заслуживаю.

Когда я достигаю конца пустого коридора, Феникса уже нигде нет. Я подумываю о том, чтобы выбежать на парковку, но зачем? Если ему не нужна моя помощь – а он ясно дал понять, что не нужна, – я не собираюсь тратить свое время.

Стиснув зубы, я возвращаюсь в класс, чтобы собрать вещи и пойти домой. И уже подхожу к двери, когда моих ушей достигает мелодичный звук пианино.

А потом я слышу это.

Мое сердце замирает, прежде чем проснуться от сильного толчка, от которого переворачивается все нутро.

Есть хорошие голоса.

А есть голоса уникальные.

Гипнотизирующий вид, удерживающий в заложниках и требующий каждую каплю твоего внимания… Каждую частичку твоей души.

Голос, заставляющий следовать за звуком, сродни тому, как мотылек летит на пламя.

Страстное желание, которое невозможно игнорировать.

Моя кожа покрывается мурашками, когда я вхожу в музыкальный класс, где Феникс сидит за пианино с закрытыми глазами, откинув голову во время пения.

Хотя пение кажется неправильным определением происходящего.

Он словно впитывает каждую ноту в свою кровь, чтобы потом с помощью голосовых связок превратить ее в нечто еще более прекрасное.