Ядовитый привкус любви

– Не встретимся, – вышла я из-за угла. – Я приехала двадцать минут назад и слышала весь разговор.

– Ох, не обращай внимания, дочь. – Мама чмокнула меня в щёку и позвала Энн: – Энни, дорогая, подавайте на стол.

– Мам, ты же знаешь, что я не могу не обращать внимания, – устало отозвалась я, развалившись на большом диване. – Джон старый дурак, если хочет лишиться последней семьи. Как думаешь, – я подняла глаза, встречаясь с глазами тёти, – что будет делать Кейн, когда узнает об этом?

– Не знаю, – пожала та плечами.

– Нет. Я остаюсь в штатах, даже не пытайтесь выкинуть меня из страны! Я хочу стать детективом, мам!

– Ничего с тобой не случится, если поедешь со мной, – скривилась Саша. – После учёбы, если захочешь, пойдёшь в полицию работать.

– Нет.

Я упрямо стояла на своём, потому что здесь мой дом, мои друзья, вся моя жизнь, в конце концов, и бежать от Кейна я не собиралась.

– Лиза. – Мама присела рядом. – Ты понимаешь, что Кейн из принципа хочет взять тебя в жёны и ни о какой любви речь идти не может?

– Понимаю, конечно.

– Ты представляешь, что тебя ждёт за порогом их дома? Тебе не дадут учиться, заставят рожать детей и заглядывать мужу в рот. Ты такой себе жизни желаешь?

– Я не мазохистка, мам. Дурацкие вопросы. – Аккуратно высвободив руку, я поправила сползшую бретель платья.

– Тогда чего ты хочешь? – Саша сунула руки в карманы джинсов и наклонила голову, отчего рыжие кудри упали на лицо.

– Сначала скажите, чего именно хотел Джон.

– Ну, он предложил один вариант, – замялась мама.

– Какой?

– Ты выйдешь замуж за Кейна, и если за год вам не удастся поладить, он даст разрешение на развод. Долг Виктора также будет считаться уплаченным. Я не хочу, чтобы ты из жалости к возможной судьбе Кейна соглашалась на этот фарс…

– Где отец? – перевела я тему.

– Полетел на срочные переговоры в Берлин, третья поставка за два месяца срывается. Горят сроки и мы можем получить большой жирный минус вместо прибыли.

– То есть скандалы нам сейчас совсем не к месту, – пробормотала я, потирая переносицу. – Ты узнала, что там за долг у Виктора был перед стариком?

– Да. – Мама отвернулась, сжимая пальцы в кулаки.

– Что? Что-то страшное?! – всполошилась я.