Меланиновый синдром

Ангелина прикрыла рот ладонью, чувствуя, что еще совсем немного, и она уже будет не в состоянии совладать с этим внезапным, ненормальным приступом истерического веселья. – Это относится не ко всем случаям, как вы, надеюсь, знаете. Помните со школы, как называются такие виды сил, которые не зависят от…

«Рисунки в виде кругов на полях. Круги. На полях. Это как на кукурузных полях оставляют инопланетяне! Как я раньше не замечала этот каламбур? Черт, почему так смешно?..»

Небрежно стерев выступившие от беззвучного смеха слезы, Ангелина сама начала вырисовывать гелевой ручкой на внешней стороне ладони незамысловатые узоры, а затем размазывать их по всей коже.

– …так что, юноши и девушки, зря вы в школе игнорировали теорему Виета. Нарисуйте ее где-нибудь на полях, чтоб не забывать.

«Ну хватит, хватит!» – пришлось зажать рот уже обеими руками и сдавленно, неслышно смеяться в ладони.

– Эй, – шепотом позвала Ева. Ангелина точно не могла понять, почему это заставило ее напрячься. – Ты че ржешь?

– Н-ничего.

Понимающе улыбнувшись, Ева уткнулась в свой телефон, и Ангелина сразу же почувствовала, как внутреннее напряжение спадает.

Однако эта расслабленность продлилась недолго.

Истерика заглохла так же внезапно, как и началась. Геля невольно съежилась, когда ее прошибли схваткообразные боли. Набрав в легкие побольше кислорода, она попыталась обуздать вновь подкатившую к горлу тошноту, бессознательно хватаясь за живот.

Минута, которую она просидела не шевелясь, показалась часом. Это возымело обезболивающий эффект, однако стоило поменять позу, как спазмы сдавили живот с новой силой. Опять резко бросило в жар, в горле начало сушить. Ангелина взяла бутылку с водой и жадно припала к горлышку, но утолить жажду полностью ей не дали необъяснимые боли при глотании, которых она никогда раньше не испытывала.

Ручка вдруг выпала из ослабевших пальцев и, прокатившись по плоскости стола, оказалась на полу.

– Черт, – выругалась Ангелина шепотом.

Но только наклонилась, чтобы поднять злосчастную ручку, затошнило так сильно, что едва не вырвало. Геля тут же распрямилась, и в глазах моментально потемнело.

С усилием и слезами проглотив ком, вставший поперек пересохшего горла, она снова отпила воду из бутылки, которая тоже чуть ли не выпала из слабых рук – так сильно они тряслись. Во рту остался омерзительный вкус горечи, язык стянуло.