Перри Мейсон: Дело о бархатных коготках. Дело о фальшивом глазе

 – Вы ведь, надеюсь, не будете подозревать женщину на основании бездумного заявления пьяного человека?

– Да, он пьян, но добрался до дома на машине целым и невредимым, – заметил Хоффман. – Может, он умеет трезво мыслить, даже когда пьян.

Перри Мейсон пожал плечами.

– Ладно, пусть будет так, – равнодушно бросил он.

Из туалета до них донеслись неприятные звуки – Гриффина сильно рвало.

– Могу поспорить, что он даже протрезвев будет говорить об этой женщине то же самое, – заявил сержант Хоффман, недоверчиво наблюдая за Перри Мейсоном.

– А я могу поспорить, что он не может так быстро протрезветь, хотя всем будет казаться, что это так, – резким тоном ответил Мейсон. – Некоторые люди, даже в пьяном состоянии способны кого угодно ввести в заблуждение. Вроде ведут себя как трезвые, а на самом деле не соображают, что делают и говорят.

В глазах Билла Хоффмана появились появилась насмешливые огоньки.

– Уже заранее пытаетесь дискредитировать его показания, Мейсон? – усмехнулся полицейский.

– Я этого не говорил.

Хоффман рассмеялся:

– Нет, прямо не говорили.

– Карлу сейчас не помешало бы выпить чашечку крепкого черного кофе, – заметил Мейсон. – Поищу кухню и сварю ему кофе.

– В кухне должна быть экономка, – сказал Хоффман. – Не обижайтесь, Мейсон, но я хочу поговорить с Гриффином наедине. Я не совсем четко пока понимаю вашу роль в этом деле. Мне кажется, что вы одновременно и друг семьи, и адвокат.

– Все правильно, – с готовностью согласился Мейсон.

Хоффман кивнул:

– Найдете экономку на кухне. Ее зовут миссис Вейтч. Мы уже допросили и женщину, и ее дочь. Попросите их сварить кофе. Много черного кофе. Думаю, парни, которые работают наверху, выпьют его с не меньшим удовольствием, чем Гриффин.

– Хорошо, – кивнул Мейсон.

Адвокат прошел сквозь раздвижные двери в столовую, толкнул дверь, ведущую в буфетную, куда ставили готовые к подаче блюда, а уже оттуда попал в кухню.

Кухня оказалась огромной, ярко освещалась и была оснащена современной техникой. На стульях с прямыми спинками сидели две женщины. Они тихо разговаривали, но увидев Перри Мейсона, резко замолчали.

Женщине постарше, одетой в черное платье, с короткими с проседью волосами и глубоко посаженными черными глазами, лишенными блеска, было на вид не больше пятидесяти. У нее было вытянутое лицо, четко очерченные губы и высокие скулы.