Дороже клятвы

Мы оказались вне закона, нам даже не предоставили священника для исповеди. Мне было страшно, я жалела себя, отца, брата, даже радость за Мэри с племянниками отошла на второй план. Я вздрагивала, стоило мне только услышать очередное бряцанье мечей. Я пыталась молиться, но будто разом позабыла все слова.

– Пожалуйста, – причитала я, качаясь из стороны в сторону, – пожалуйста, хватит!

– Возьми себя в руки, Марисоль! – без конца повторял отец, но я даже не отняла ладони от лица, чтобы взглянуть на него.

Страшный крик заставил меня открыть глаза и вскочить на ноги.

Разыгравшийся передо мной ужас заставил забыть о страхе и осторожности. Мне хотелось только одного: броситься к Генри закрыть его своим телом. Меня тут же схватил кто-то из конвоиров, я рвалась из его рук, но тот лишь крепче прижимал меня к себе.

– Отвернись, – узнала я голос Брана, – не смотри!

Но я не могла. Как завороженная я смотрела на поединок между Генри и того, кого по заслугам называли Дьяволом. Меч Дерека отсек моему брату правую кисть с оружием, и то, что произошло потом оказалось просто жестоким добиванием безоружного.

– Божьего суда?! – орал Дьявол в горячке боя, размахивая мечом. – Ты хотел божьего суда?! Получай!!! Получай!!!

– Нееет! – завопила я, когда Дерек отрубил ему правую руку уже по самое плечо и не остановился на этом. – Нееет!

Бран закрыл мне глаза ладонью и с силой отвернул.

– Отпусти! Отпусти меня! – я билась в его железных объятиях, но так и не смогла вырваться.

Я ничего не видела, но прекрасно слышала, как Генри молил о пощаде, а Дьявол был неумолим:

– Хлоя тоже просила пощадить ее, – жестко сказал Дерек, – ей было всего шестнадцать, но ты не был к ней милосерден!

– Это все он! – визжал Генри. – Это он сказал мне сделать это!

Это оказались его последние слова перед смертью. Резкий удар оборвал все звуки. Наступившая тишина обухом ударила по голове, дав понять, что все кончено. Вот теперь действительно кончено.

– Трус! Трусом жил, трусом помер! – сплюнул Дьявол.

 – Жалкая тень мерзавца-отца! Что, так и будешь отрицать свою вину, Род?

Стражник ослабил хватку, и я приоткрыла глаза, чтобы застонав снова их закрыть. Меня замутило от увиденного, и я чуть не потеряла сознание. Разрубленное тело брата лежало в грязи, а Дерек вытирал меч от крови. Бледный, как призрак, лорд Родерик, не отрываясь, смотрел на то, что осталось от его старшего сына.

– Признайся, облегчи участь своей дочери.