Царица Проклятых

И если бы только у него был сейчас четвертак, всего лишь четвертак, он бросил бы его в телефон-автомат и сказал Арману, что хочет домой. За ним бы спустились прямо с неба. Они всегда так делали. Прилетали либо на большом самолете, где имелась даже обитая бархатом спальня, либо на маленьком, с низким потолком и кожаными креслами. Согласится ли хоть один человек на этой улице одолжить ему четвертак в обмен на доставку самолетом прямо в Майами? Возможно, и нет.

«Ну скорее же, Арман! Завтра вечером, когда Лестат выйдет на сцену, я хочу быть в безопасности рядом с тобой».

Кто обналичит ему чек? Никто. Уже семь часов, и большинство шикарных магазинов на Мичиган-авеню закрыто, а удостоверения личности у него нет, потому что позавчера его бумажник таинственным образом исчез. Как унылы эти серые зимние сумерки, когда небо затянуто низкими свинцовыми тучами. Даже магазины со своими массивными гранитными или мраморными фасадами, за которыми, словно археологические находки под музейным стеклом, сверкают дорогие вещи, выглядят непривычно мрачными.

Ветер вдруг резко усилился, и с неба упали первые капли дождя. Он пригнул голову и сунул руки в карманы, чтобы хоть немного согреться.

На самом деле ему было наплевать на чек. Он не представлял себе, как будет нажимать на кнопки телефона-автомата. Все здесь, включая леденящий холод, казалось ему ненастоящим. Реальным казался только сон – и еще ощущение надвигающейся опасности, каким-то образом спровоцированной Вампиром Лестатом и не поддающейся теперь даже его контролю.

В случае нужды пропитание можно найти и на помойке, спать тоже можно где угодно, пусть даже в парке. Все это ерунда. Но если он снова ляжет спать на улице, то просто замерзнет. И, кроме того, вновь вернется этот сон.

Теперь сон приходил к нему всякий раз, как он закрывал глаза. И с каждым разом он становился все дольше и подробнее. Рыжеволосые близнецы были так нежны и прекрасны. Он не желал слушать, как они кричат.

В первую ночь в отеле он не придал сну никакого значения.

Бессмыслица. Он вновь стал читать автобиографию Лестата, время от времени поглядывая на экран маленького черно-белого телевизора, вполне соответствовавшего окружающему его убожеству. Там без конца крутили видеофильмы и клипы Лестата.

Ему импонировала дерзость Лестата, хотя, если честно, замаскироваться под рок-звезду проще простого. Обжигающий взгляд, сильное, но при этом стройное тело, интригующая улыбка – вот, собственно, и все. И никто уже не поймет.