Рассказывая сказки

От подросткового бунтарства не осталось и следа – все испарилось от шока. Эмма была рада угодить и сразу же начала говорить. И когда она начала, остановиться было трудно.

– Эбигейл была моей лучшей подругой. Когда мы переехали сюда, было трудно, все по-другому, понимаете? Мы привыкли к жизни в городе. Эбигейл прожила здесь большую часть своей жизни, но тоже не особо вписывалась.

Они говорили об этом друг с дружкой во время ночевок – о том, как много у них было общего. Что они родственные души. Но даже тогда Эмма уже понимала, что это неправда.

Просто они обе были изгоями. Эбигейл – из-за того, что у нее не было матери, а отец давал ей все, что попросит. Эмма – из-за того, что они переехали из города, и родители читали молитву перед едой.

– Эбигейл жила с отцом одна. По крайней мере, пока к ним не переехала Джини. Эбигейл ее терпеть не могла. Есть еще какая-то женщина, которая занимается уборкой и готовкой, но она живет в квартире над гаражом, и это ведь не считается, да? Отец Эбигейл – бизнесмен.

Эти слова вызывали у Эммы тот же восторг, как и когда она услышала их в первый раз. При них ей сразу представлялась большая красивая машина с кожаными сиденьями, которая иногда забирала их после школы, то, как Эбигейл наряжалась на ужин с отцом, потому что он должен был развлекать клиентов, шампанское, которое открывал Кит Мэнтел на ее пятнадцатый день рождения. Он сам, учтивый, обаятельный и внимательный. Но она не могла объяснить этого женщине из полиции. Для нее «бизнесмен» – это просто род деятельности.

Как «инспектор по надзору» или «священник».

– Отец Эбигейл знает? – вдруг спросила Эмма, и ее затошнило.

– Да, – ответила женщина. Она выглядела очень серьезной, и Эмма подумала, не она ли ему рассказала.

– Они были так близки, – пробормотала Эмма, но почувствовала, что это не те слова. Она представила себе, как отец с дочерью смеются над комедией по телевизору, обнявшись на диване в их безупречном доме.

Наверное, в ту первую встречу она рассказала женщине из полиции что-то еще про Джини Лонг, о том, почему Эбигейл ее не любила, но сейчас, лежа в постели рядом с Джеймсом, она не могла припомнить подробности этой части их разговора.

И еще она не помнила, чтобы видела Кристофера дома после обеда. Теперь Кристофер был ученым, аспирантом, изучал половое поведение тупиков и проводил часть года на Шетландских островах. Тогда он был ее младшим братом, замкнутым и раздражающе умным.