Запах ночного неба

– Пока ты владела мной, – задумчиво сказал Вестер, наблюдая, как подскочила Юория от звука его голоса. – Я о многом думал. Да, у вещи могут быть мысли. Ты не хочешь узнать, каково это – быть мыслящей вещью? Ненавидящей в минуты прозрения, понимающей всю бесконечную отчаянность своего положения, сломанной, страдающей вещью. Мои друзья из Пар- Оола действительно хороши в амулетах подчинения, они могли бы устроить тебе такие переживания, да и не только такие.

– Ты мог надеть его на меня до всего этого, – удивила его Юория.

– Нет, я не хотел, – ответил Вестер честно. – Я хотел, чтобы ты была собой. А я – собой, а не той жалкой куклой, которой ты привыкла меня считать.

Она подняла на него взгляд – и тут же опустила, будто обжегшись.

– Дядя убьет тебя, – ее голос звучал по- Детски, и это было настолько неуместно в устах бывалой шлюхи, что Вестер рассмеялся.

– Посмотрим, – ответил он. – Пока я здесь, как видишь, жив и здоров. Уж не думаешь ли ты, что он решит мстить мне за тебя? Нет, уверяю тебя.

Юория заплакала, и Вестер не стал успокаивать ее. Как же его злило молитвенное стремление жены угодить старшему Кариону! Когда он, Вестер, раскрывал перед ней свое сердце, когда клялся ей в любви, когда просил милости, когда готов был отдать свою душу в ее руки – и сам защелкнул на себе проклятый браслет… Она лишь собирала ресурсы для черного герцога.

«Не только, – остановил сам себя Вестер. – Ее возбуждали мои страдания, мое подчинение ей».

– Ты не прав, – произнесла Юория через слезы. – Он меня у тебя заберет.

– Ну как сказать, – протянул Вестер задумчиво. – Если я попрошу твою голову в обмен на мое сотрудничество, думаешь, он сам тебе ее не отрубит?

– Замолчи! – скорее умоляюще, чем требовательно вскрикнула Юория.

– На самом деле… – Вестер налил себе вина и сделал большой глоток. – Я не собираюсь заключать с ним союз. Я бы лучше надел на него ошейник.

– Да как ты смеешь! – прошипела Юория, внезапно бросившись на Вестера с удивившим того пылом.

Она пыталась поцарапать его, пыталась укусить, ощутимо колотила кулаками по ключицам.