Первая

– Извини, что не приходил к тебе так долго. После того, как я вылечился, я еще год не выходил из дома.

– Совсем-совсем? Даже в магазин? Кто же приносил тебе вкусности?

После этого я понял, почему мы когда-то подружились.

– Мама всегда приносила мне что-то вкусное. Но сейчас я могу ходить в магазин сам. Как твое здоровье?

– Все отлично, – не слишком уверенно вымолвила она. – Вот, это теперь мой дом.

Шэрон обвела рукой по палате. Повсюду висели постеры с разными знаменитостями, на тумбочке лежала стопка журналов, рядом книга и небольшой сувенир в виде фарфоровой кошечки, на полу удобно расположился махровый прикроватный коврик.

– Давно ты сюда переехала? – осторожно спросил я.

– Полгода назад.Только я почти не помню, как это произошло. У меня тогда был шок. Но мама говорит, что я кричала от боли ночью, и меня привезли сюда.

– Тебе и сейчас больно?

– Нет. Прямо сейчас нет. Но иногда бывает. – Она вгляделась в мое лицо и улыбнулась. – Ты такой взрослый.

– Ты тоже очень выросла. Хотя и осталась такой же малышкой. Что ты читаешь?

Она взяла с тумбочки книгу и протянула мне, широко улыбнувшись, как она умела. На темно-зеленой обложке голубыми буквами было написано название. «Виноваты звезды».

– Мне нравится, она классная. Я ее уже третий раз перечитываю.

– Когда я был в твоем возрасте, она мне тоже нравилась.

– А сейчас? – удивленно уточнила Шэрон.

– Сейчас мне почти семнадцать. И я прочитал слишком много классики, чтобы называть эту книгу отличной.

– Зря ты так, – она забрала у меня книгу, вернула ее на тумбочку и состроила наигранную обиду на лице. – Хочешь мармелад?

– Нет, спасибо. Разве тебе можно сладкое?

– Конечно. Я люблю сладкое. Только мне нельзя его слишком много. Что-то там происходит с сахаром в крови и потом происходит еще что-то… В общем, я в этом не разбираюсь.

– Правильно. Когда я болел, я тоже не хотел разбираться, как именно рак убивает меня.

– Ты не боишься снова заболеть? – она смотрела на меня в упор и хлопала длинными ресницами.

– Конечно, боюсь. Я бы не хотел снова испытать то, что со мной было. Но мне сказали, что рецидив исключен.

– Это правда. Мама говорит, что хорошие люди всегда выздоравливают. А ты хороший парень, поэтому вылечился.

– Ты тоже будешь здорова, Шэрон, я уверен.

– Я знаю, – она снова широко улыбнулась.

Мы оба понимали, что это чистая ложь.