Властелин булата

Матвей послушался – они втроем перешли в просторную залу с большими окнами, стекла в которых заменяли полупрозрачные пластинки слюды, стены закрывала темно-красная ткань, а пол выглядел просто и обыденно, будучи сложен из самых обычных досок. В центре помещения возвышался трон, а двери были двустворчатыми и излишне высокими, примерно в полтора человеческих роста.

– Позволь спросить, великая богиня, – не выдержал технолог. – Как вы это делаете? Как перемещаетесь через зеркала? Что это за устройства?

Он понимал, что все это – сон, что подобное может происходить только во сне.

– Это дар, присущий всем истинным сварожичам, великий Матвей, – милостиво кивнула ему всемогущая Макошь. – Перемещаться по миру с помощью зеркал способен любой из нас, из вас, любой из истинных славянских богов. Вы просто не умеете сего делать. Но мы вас обучим, дорогие дети. Я или кто-то из моих родичей.

– А как далеко действует этот механизм? В пределах континента? Планеты? А межпланетное пространство между зеркалами преодолеть получится?

– Не все сразу, – покачала головой богиня.

Матвей и Света двинулись по сумрачному коридору.

– И что ты обо всем этом думаешь? – негромко спросила девушка.

– Для розыгрыша слишком круто, – покачал головой студент.

– Для сна все кажется слишком реальным.

– Бывают и такие, – ответил Матвей.

Они вошли в комнату с маленьким, ничем не заделанным окном. Внутри стоял заставленный блюдами и мисками стол.

– Однако хозяйка нас уважает, – громко заметил бугай, притворяя за собою дверь. – Не в людскую отправила, вместе со всеми обедать. Отдельно угощает! Хороший знак.

Молодой человек двумя пальцами выхватил из миски кусок влажного от соуса мяса, отправил в рот, с видимым удовольствием прожевал:

– Да, это вам не пицца! Налетай, чего смотрите? Официантов не будет.

– Что, руками? – поморщилась Света.

– Вообще, по русскому обычаю, ложку и нож полагается иметь свои, – ответил тот, запуская пальцы в капусту. – Но на нет суда нет. Придется обходиться пальцами.

– Я вижу, тебе тут нравится, Викентий? – поинтересовался Матвей.

– Зарекаться не стану, – мотнул головой Один.