Запечатанное письмо

Я велел управляющему, как только они получат новую партию, прислать недостающее количество к вам на Экклестон-сквер.

Перед внутренним взором Фидо мгновенно предстали высокие белые стены здания в Белгравии, которое она когда-то называла своим домом.

– Вы поселились в том же доме? – взволнованно спросила она у Хелен. – Вам удалось отказать арендаторам?

– Да, дорогая, все в том же, – ответила Хелен. – Мы с Гарри вернулись к прежнему образу жизни, как к вынутому из гардероба старому шерстяному плащу, изъеденному молью.

– Кажется, это у Троллопа[5 - Троллоп Энтони (1815—1882) – английский писатель, романист Викторианской эпохи.] кто-то говорит девушке: «Не позволяй ему уводить тебя дальше Экклестон-сквер»? – вставил полковник Андерсон.

Фидо смеется.

– Да, он до сих пор остается последним оплотом респектабельности.

– Вы тоже живете в Белгравии, мисс Фейтфул?

– Нет, я из Блумсберри, – уточнила она слегка виновато. – Я одна из «новых женщин», таким не полагается обитать на Экклестон-сквер.

– Даже «издателю ее величества»?

– Думаю, именно из-за этого титула. Нет, я живу скромно и одиноко на Тэвитон-стрит, читаю за завтраком «Таймс», что крайне смущает мою горничную.

Все дружно рассмеялись.

– Я как раз направлялась домой после утра, проведенного в моей шумной конторе, она находится вон там, в доме под номером 83. – Фидо указала рукой вдоль Фаррингдон-стрит. – Сейчас там набирается ежедневная газета «Друг народа»[6 - «Друг народа» – издававшаяся в это время чартистская газета.

– Наверное, очень интересно! – пробормотала Хелен.

– Ничего особенного. Помощники удивительно упрямые, а бумага коробится от жары!

Фидо говорила спокойно, хотя в душе она была задета явным равнодушием подруги к делу, в котором она видела смысл всей своей жизни. Порой, проснувшись, она вся трепетала от радости, что занимается издательским делом, а не осталась просто младшим отпрыском многочисленного семейства преподобного Фердинанда Фейтфула.

– Я возьму на стоянке кеб, – предложил Андерсон, – и развезу вас по домам, дамы. Не возражаете?

– У меня идея получше! – воскликнула Хелен. – С тех пор как я прочла о подземной железной дороге[7 - Первый участок лондонского метрополитена открылся в 1864 г.], я мечтаю спуститься в этот ад.

Фидо улыбнулась, вспоминая, что значит быть втянутой в орбиту этой женщины с ее неожиданными прихотями и неистребимым жизнелюбием.