Конец легенды

– Ничуть не удивлен и даже могу кое-что объяснить. Дело в том, что я тоже побывал в Севилье пару месяцев назад и имел удовольствие побеседовать с этим господином…

– Так в чем же дело, если он знает вас лично!? – Андре уже не скрывал возмущения. – Так непочтительно отнестись к рекомендации Кавайонского инквизитора…

– Дело в том, что я больше не являюсь инквизитором Кавайонским. Чтобы отправиться в Новый Свет, мне пришлось отказаться от должности. Теперь я – самый обычный монах-доминиканец. Один из тысяч.

Доктор с минуту переваривал эту новость. Брат Бартоломью невозмутимо наполнил вином кружки и ополовинил свою.

– Разве, – неуверенно спросил Андре, – лишившись власти, вы лишились и подобающего сану почтения?

– Наш орден не пользуется большой популярностью в этих землях и меньше всего испанцы хотят допустить нас в Новый Свет.

– Кого это – “нас”?

– Я говорю о доминиканцах, – терпеливо пояснил монах. – Мы несем на своих плечах тяжкий груз: следим, чтобы ересь не проникла в ряды христиан.

Это касается и внутренних дел церкви. Другие монахи нас недолюбливают, и их можно понять, поэтому на поддержку от местного духовенства рассчитывать не приходится. Но проблема в другом: испанские короли милостью Папы лично назначают инквизиторов на своих землях – и здесь мне, как иностранцу, надеяться не на что.

– Понимаю, власти не хотят пускать француза в колонии.

– Возможно, они даже опасаются шпионажа. Увы: в наше время даже духовный сан не освобождает от подозрений.

– Но ведь можно отправиться туда просто в качестве миссионера…

– За океаном хватает испанских фанатиков, сребролюбцев, наделенных властью над человеческими душами. Мне среди них места нет, и вообще моя миссия – совсем иная.

– Какая же? – полюбопытствовал Андре.

Брат Бартоломью встал и прошелся по комнате. С минуту он молча простоял возле окна, постукивая пальцем по стеклу, а потом спросил:

– Вы ведь жили среди людей в той деревне, где мы познакомились…

– Я всегда живу среди людей.

– Именно. Они что-нибудь говорили обо мне накануне приезда?

Андре задумался и после паузы ответил:

– Я слышал, что вы – честный и справедливый человек.

Брат Бартоломью повернулся к нему. Что-то похожее на улыбку исказило тонкие губы. Шелестя подолом туники по полу, он подошел к своему креслу и сел.

– Подобные отзывы тешат мою гордыню. Признаться, я думал, что внушаю страх простолюдинам.