Хулиган

Поэтому, взвесив все возможные варианты развития событий, лучшим решением было просто не появляться на празднике.

– Эта девчонка теперь долго будет обходить клубы стороной.

– Ну и правильно. Нормальным бабам тут делать нечего.

Мы одновременно повернули головы на громкий стук.

– Я сказал Софье, чтобы беспокоила только в экстренном случае. – Макс нахмурился и, нехотя поднявшись, направился к двери. Я уже мысленно был готов проклясть сегодняшний день. – Сонь, что стряслось?! —

– Там Беляев и Ко нажрались и творят дичь.

Парни интересуются, можно ли их выпроводить?! Помнится, вы говорили, чтобы их не трогали… – затараторила новенькая администраторша.

Я посмотрел через плечо, натыкаясь на озабоченный взгляд Гордеева.

Никита Беляев – сын местного авторитета. Все знали, что с ним лучше не связываться. Отец – махровый беспредельщик, а дитятко до сих пор решало свои проблемы через батю. Этот мелкий гаденыш повадился ходить в наш клуб. Мы бы и рады, щенок в легкую спускал по несколько тысяч баксов за ночь, однако существовала и отрицательная сторона вопроса: Беляев нажирался в дрова и начинал творить дикий треш, отчего страдали другие гости.

– Я разберусь, – наконец заключил Макс, подмигнув Софье. – Пойду угомоню этого недоумка, – и, не дождавшись моего ответа, он хлопнул дверью.

Стоило остаться в одиночестве и прикрыть глаза, как память моментально нарисовала живописную картину, и я вновь мыслями оказался в нашей «пыточной». Мы с Гордеевым так ласково прозвали потайную комнату со всякими увлекательными приблудами.

Кстати, оттуда замечательно просматривался весь женский туалет.

Девчонки обожали крутиться перед зеркалом, а мне нравилось подглядывать. Посетительницы были все как на подбор: с одинаковыми волосами, губами и сиськами. Я уже несколько недель никого не снимал. Приелось. Особенно, когда даже сети расставлять не нужно – добыча сама кидается тебе в лапы.

Последнее время я вообще ничего не чувствовал, существуя будто по инерции.

С другой стороны, это помогало – почти год без происшествий. Самый спокойный год в моей долбанной жизни. Я мог бы купить целую улицу с деньгами нашей семьи, но, по иронии судьбы, мечтал приобрести хотя бы одну человеческую эмоцию. Хоть какую-то.

Сразу заприметил эту деревенщину.

Как только девчонка зашла в туалет, на ее лице появилось такое брезгливое выражение, будто она оказалась в грязном сортире сельпо.