Черный Корсар. Королева Карибов. Иоланда, дочь Черного Корсара

– Флибустьеры давно сбежали, так что можете спокойно идти спать. Есть ли в ограде калитка?

– Да, господин граф.

– Откройте мне и моим друзьям и не беспокойтесь.

Старший знаком отпустил вооруженную челядь и направился по боковой дорожке. Подойдя к железной калитке, он открыл ее.

Трое флибустьеров и африканец вышли вслед за графом и его племянником. Слуга графа, несший на руках нотариуса, все не приходившего в себя, задержался со служителем владельца парка.

Пройдя с флибустьерами еще шагов двести, граф привел их в пустынный переулок.

– Сеньор, – сказал он, – я обязан вам жизнью и рад отплатить вам тем же. Такие доблестные люди, как вы, не должны погибать на виселицах, хотя я знаю, что, попадись вы в руки губернатора, он не пощадил бы вашу жизнь. Следуйте этим переулком: он выведет вас в открытое поле, и вы сможете вернуться к себе на корабль.

– Спасибо, граф, – сказал Корсар.

Они пожали друг другу руки и, поклонившись, расстались.

– Отличный человек, – вздохнул Кармо.

Корсар двинулся вперед вслед за африканцем, который, пожалуй, лучше самих испанцев знал окрестности Маракайбо.

Через десять минут четверо флибустьеров вышли без всяких помех из города. Вскоре они очутились на опушке леса, в чаще которого скрывалась хижина заклинателя змей.

Оглянувшись назад, они увидели клубы розоватого дыма, который ветер нес вместе с искрами в сторону озера. Это горел дом нотариуса, а может быть, и другие дома по соседству.

– Бедняга, – пожалел его Кармо, – он умрет с горя, когда узнает, что сгорели и дом, и винный погребок. Это слишком большой удар для такого скупердяя, как он!

Постояв несколько минут в густой тени гигантской симарубы, чтобы убедиться, не рыскают ли вокруг отряды испанцев, флибустьеры, успокоенные глубокой тишиной, царившей в лесу, вступили под сень огромных деревьев и быстро зашагали вперед.

Потребовалось не более двадцати минут, чтобы покрыть расстояние, отделявшее их от хижины.

Корсар остановился, стараясь что-нибудь разглядеть в глубокой тени, отбрасываемой большими развесистыми деревьями.

– Гром и молния! – воскликнул Кармо. – Да это, никак, наш пленник, которого мы привязали к дереву. Я совсем забыл про него…

– И в самом деле! – пробормотал Корсар.

Подойдя к хижине, он разглядел испанца, все еще томившегося в путах.