Черный Корсар. Королева Карибов. Иоланда, дочь Черного Корсара

И ты здесь, Ван Штиллер?

В немногих словах Кармо рассказал ему о причинах, заставивших африканца вернуться в Маракайбо, о решении Ван Штиллера прийти им на помощь и о том, что он выведал у солдата, караулившего выход с улицы.

– Принесенные тобой новости не радуют, – сказал капитан, обращаясь к африканцу. – Если испанцы прочесывают побережье и лес, то вряд ли мы сможем добраться до «Молниеносного». Но дело не в нас, а в корабле, на который того и гляди нападет эскадра адмирала Толедо.

– Гром и молния!.. – вскричал Кармо.

– Боюсь, что наши похождения кончатся плохо, – пробормотал Ван Штиллер. – Но, черт возьми, мы и так должны были бы болтаться на веревке уже два дня! Будем же радоваться, что живем лишних сорок восемь часов.

Черный Корсар принялся расхаживать по комнате вокруг ящика, служившего им столом. Капитан был взволнован и озабочен. Время от времени он останавливался, круто поворачивался к флибустьерам, затем снова принимался шагать, покачивая головой.

Дойдя до переулка, они снова столкнулись с солдатом, ходившим взад и вперед с алебардой на плече.

Внезапно Корсар подошел к нотариусу, лежавшему неподвижно на кровати, и, сурово глядя на него, спросил:

– Ты хорошо знаешь окрестности Маракайбо?

– Да, ваше превосходительство, – ответил бедняга дрожащим голосом.

– Мог бы ты незаметно вывести нас из города в надежное место?

– Как это сделать, сеньор?.. Едва мы выйдем из дома, как нас с вами узнают и схватят. Потом меня обвинят, что я пытался спасти флибустьеров.

– Ах!.. Вечно все боятся Ван Гульда, – процедил Корсар сквозь зубы, бросив на нотариуса испепеляющий взгляд. – Да, губернатор суров и безжалостен, он умеет заставить всех трепетать от страха… Нет, не всех! Когда-нибудь и он затрепещет и своей жизнью заплатит за смерть моих братьев!..

– Вы хотите убить губернатора? – недоверчиво спросил нотариус.

– Молчи, старик, если тебе дорога шкура! – пригрозил Кармо.

Корсар, казалось, не слышал ни слова. Выйдя из комнаты, он подошел к окну коридора, из которого, как уже говорилось, можно было обозреть всю улицу.

– В хорошенькую переделку мы попали, – сказал Ван Штиллер, обращаясь к африканцу. – A у нашего кума нет ли в черепке какой-нибудь идеи, как нам выбраться из этого невеселого положения?.. В доме нотариуса я как-то не чувствую себя в безопасности.

– Кое-какая есть, – ответил африканец.