Череп епископа

– Это самое поразительное зрелище, которое я только видел в своей жизни, господин барон, – придвинулся к ученому грузный торговец, пояс которого украшала массивная золотая цепь. – Но, может быть, вы использовали некий не совсем обычный свинец?

– Вы же осматривали свинцовый слиток, – напомнил ему дворянин. – Чем он отличался от всякого другого, из которого отливают пули и печати?

– И тем не менее, – губы торговца расплылись в самодовольной улыбке, – было бы интересно знать, получится ли золото из свинца нашего, гаспольского.

Я тут совершенно случайно отсыпал к себе в карман немного дроби из приготовленного к отгрузке бочонка.

С этими словами купец запустил пухлые пальцы к себе в поясной карман и выгреб оттуда пригоршню мелких сизых шариков.

– Право, не знаю, – барон шагнул к астролябии, прищурился на небо. – Мардук уже уходит с линии Ориона.

Француз торопливо метнулся жаровне, схватил клещами чашу, старательно выбил ее о край железного столика, кинул назад на тлеющие угли, снова приник к астролябии:

– Мардук уходит.

Не успеем… Ох, не успеем.

– Получается, господин барон, – победно оглянулся на собравшихся купец, – что золото-то у вас получается только из своего, заранее приготовленного свинца. А из чужого никак…

– Да что же вы стоите! – раздраженно перебил его алхимик. – Мардук уходит! Кидайте скорее вашу дробь на жаровню, может еще успеем.

Дю Тозон принялся старательно работать мехами, заглядывая в чашу. Дробь не плавилась. Он кинулся к астрономическому инструменту, затаив дыхание, прицелился в сверкнувшие между разошедшимися облаками звезды, снова взялся за меха.

Наконец свинцовые дробинки начали тонуть в поднимающейся снизу поверхности металлического расплава.

– Главное, это успеть нагреть тигель до нужной температуры, пока Мардук еще не ушел с линии, – сообщил он. – В холодном металле процесс трансмутации не пойдет. Сейчас, еще немного…

Он облизнул свои тонкие губы, прекратил работать мехами, прихватил из шкатулки щепоть драгоценного порошка, посыпал им расплав, вызвав россыпь мелких вспышек, потом взял деревянную палочку и принялся неторопливо мешать свинец.

Затеявший эксперимент торговец дышал ему в самое ухо. Ближе подтянулись и все остальные. Сидеть на стульях не остался никто – все столпились у жаровни, стремясь заглянуть вперед через плечи друг друга.

Раздвинув зрителей, Анри дю Тозон шагнул к астролябии, наклонился к ней, и небрежным жестом своротил со своего места:

– Все, Мардук ушел с линии.