Отель «Манифик»

По правде сказать, Дюрк был последним местом, которое мне хотелось бы увидеть, но мысль о том, что от Зоси оно скрыто, тревожила меня.

Наши контракты были отпечатаны на плотной бумаге, испещренной абзацами, которых я не прочла. Мы подписали их безо всякой задней мысли. Наверняка они таили в себе много такого, о чем я даже не догадывалась, в том числе и пункты, которые мне бы не понравились. Надо было поподробнее расспросить о них Кора, прижать его к стенке.

От мыслей о контрактах не осталось и следа, когда восточная лестница привела меня вовсе не в мою комнату, а в центр фойе.

Праздник был в самом разгаре.

Меня накрыла паника. Должно быть, Кору было невдомек, что Беатрис строго-настрого запретила мне сюда приходить. Насколько мне было известно, спуститься отсюда можно было только одним путем – по служебной лестнице у салона, но для этого требовалось пересечь фойе.

Я быстренько обогнула джентльменов, собравшихся у карточных столов, и дам, ставивших на кон драгоценные камни размером с яйца.

– Извините, – пролепетала я, столкнувшись с женщиной с блестящей смуглой кожей в платье из серебристой рыбьей чешуи. Стоявший рядом с ней бледный юноша с короной в виде звезды зевнул, нисколько не стыдясь пятна от алой помады, размазанной у него на подбородке.

Мимо пробежала целая толпа женщин с пушистыми ангельскими перьями, примотанными к плечам, – я едва успела отскочить в сторону. Их преследовала внушительная яхта из бокалов, полных шампанского, которую несли моряки на ходулях.

Сооружение опасно покачнулось. Шампанское плеснуло через край, и гуляки обступили меня плотной стеной. А я не могла пошевелиться, не могла даже понять, где я, не то что разглядеть лестницу. Ладони взмокли.

– Держи. – Одна из гостий с бледной кожей и темными волосами протянула мне пустой бокал из-под шампанского и прикрыла веки. На каждом из них были нарисованы блестящие губы. Стоявшая рядом дама с кожей медового оттенка поцеловала ее обнаженное плечо.

Я с облегчением выдохнула, когда гости расступились, но моя радость была недолгой: тут же стало понятно, что они всего лишь уступают место ярко-красному пианино, за которым сидела женщина с темно-янтарной кожей и в серебристом смокинге.

В какой-то момент она поднялась, бегая пальцами по воздуху, а клавиши так и продолжили прожиматься в унисон с ее движениями. Я вытерла пот, выступивший на висках, и прошла мимо еще нескольких сюминаров.

Мужчина с бронзовой кожей подкидывал пламя на блюдце.