Рабы Парижа

Но прежде мне необходимы гарантии более твердые…

– Да, это справедливо, милостивый государь, – торопливо перебил его Поль. – Я готов отвечать на любые вопросы…

Тонкая улыбка промелькнула на губах белоснежного старца. Аккуратно и медленно он вытер очки и снова насадил их себе на нос.

– Я благодарен вам за это доверие, – сказал он, – но что касается того, чтобы утаить от меня что-то, это не так-то легко…

Он взял со стола несколько марок и принялся вертеть их между пальцами.

– Зовут вас Поль Виолен, не правда ли? Поль кивнул головой в знак согласия.

– Вы родились в Пуатье на улице Вьен 5 января 1843 года?

– Именно так, милостивый государь.

– Вы рождены от незаконного брака.

Последний вопрос совершенно смутил и поразил Поля.

– Да, это так, – ответил он, – но я не предполагал, что Тантен настолько сведущ о моем прошлом. Значит, стены, разделяющие нас с ним, еще тоньше, чем я предполагал.

Будь Поль хоть немного опытнее, он давно бы заметил в руках старика бланки с инициалами П и В.

– Ваша матушка, – продолжал его новый покровитель, – в последние пятнадцать лет жизни держала небольшой магазинчик скобяных товаров.

– Да, это так.

– Но что могла приносить торговля подобного рода, да еще в Пуатье? Разумеется, очень мало. К счастью, у нее была, кроме этой торговли, еще тысяча франков ежегодного пенсиона, с помощью которого она жила и воспитывала вас.

На этот раз Поль вскочил со своего места.

– Милостивый государь, – бормотал он, вконец оглушенный, – кто мог вам открыть тайну, которую я никому не доверял с тех пор, как нахожусь в Париже? Это обстоятельство моей жизни не было известно даже Розе!

Маскаро добродушно пожал плечами.

– Вы должны понимать, что человек в моем положении обязан знать многое, что другим обыкновенным лицам кажется недоступным… Помилуйте, да без этих сведений меня бы постоянно обманывали.

Больше часа находился Поль в конторе Маскаро. Все же он не мог никак постичь, к какому разряду принадлежит это любопытное заведение.

Он вспомнил приказание, которое, сломя голову, пустился исполнять Бомаршеф. Нет, он решительно ничего не понимал…

– Но, если я и любопытен, – продолжал почтенный старик, – то смею вас уверить, что и скромен, поэтому не бойтесь говорить мне самую горькую правду. Скажите, каким образом ваша матушка получила эту ренту?

– Каждые три месяца по переводному векселю от одного парижского нотариуса.