Прими Мой Облик

Насколько жестоким и бессовестным нужно быть, чтобы осилить мучительный крик родителей, только что потерявших дочь? А ведь он до сих пор на станции – зверь среди людей. Уиллис не простит себя, если не поймает очередного ублюдка: «Каждый человек достоин жизни, будь то ребенок или взрослый. И только убийца достоин смерти».

– Не церемоньтесь с ним, – добавил Стивен. А следующими словами он даже загордился: – Пусть все наблюдают, как на его чертовых запястьях заблестят наручники!

Уиллис был не очень приятным человеком.

Коллеги считали, что он не знал других эмоций, кроме любимой злости.

Жизнь персонажей некоторых фильмов, книг всегда хороша: детективы пускают шутки, много пьют и курят, при этом не имея зависимостей. Да, пиджаки сексуальных мужчин пропахли дорогим алкоголем, но у них нет проблем со здоровьем. Они могут быть неделями в запое, но выглядеть привлекательно, флиртовать с женщинами или добиваться сердца любимой. А главное, могут расследовать дела = находить преступников.

Детективы не боятся трупов, так как видят их каждый день. Им легко шутить на месте преступления, неуважительно вторгаться на территорию криминалистов, щупать тела усопших и выносить свои вердикты.

Они бегут навстречу взрывам и пулям, спасают всех остальных, рискуя своей жизнью.

Уиллис знал, как начинает биться сердце, когда ты в перестрелке. Полицейские и работники других правоохранительных органов клянутся защищать жизни граждан, но это не убавляет страха за свою собственную.

От трупа настолько веет гнетущей атмосферой, что осознаешь: смерть на каждом шагу. Жена убила мужа, сын – отца, а сестра – брата. Подобное встречается не всегда, но ты начинаешь сомневаться в людях, в родных.

«Почему ненависть возгорается среди близких друг другу людей?»

Стивен не исключал существования добра, но уже понимал, что именно зло превосходит.

Уиллис вышел на станцию, в уши ударил звонкий плач Элизабет Тейт, её крики:

– Я никуда не уйду!

Его коллеги пытались отгородить место преступления.

Тяжело вздохнув, он убрал руки за спину, с нежеланием наблюдая скандальную сцену.

За свои сорок три года, двадцать из которых проведены на государственной службе, Уиллис встречал жестоких людей, но каждый раз выходил из себя, когда их жертвами становились дети.

Он свято верил, обманывал себя, что люди способны забывать прошлое, пока черная дыра из детства продолжала поглощать настоящее.