Только он

Я не против.

А вообще он, конечно, порядочная скотина. На то ведь и рассчитывал, создавая впечатление, что ради неё готов в любой момент изменить свои планы. Так и предполагал: Ксюша сразу проникнется, а не примется обижаться и настаивать.

И что с ним такое? Сам обиделся? Ведь пока не появилась соперница, пусть даже гипотетическая, он был ей не особо-то нужен. А теперь вдруг – надо же! Дима всё-таки не настолько идиот, чтобы в восторге от сбывшегося желания не замечать очевидного.

Или это всего лишь тупые фантазии, взбрыки уязвлённого мужского самолюбия?

9

Перед английским Ростик, взбудораженный и взбодрённый пробежкой по лёгкому морозцу на предшествующей физкультуре, опять разошёлся не на шутку.

– Димон, ну так чего ты решил?

Друг энтузиазма не выказал.

– Ничего, – выдал равнодушно.

Даже Ксюша промолчала.

С Димой они пересеклись ещё по дороге в универ, оказавшись в одном троллейбусе, а те, между прочим, проезжали раз в пять минут, потому случившееся всё-таки больше относилось к разряду маловероятного, и, похоже, Ксюша посчитала его за счастливый знак.

Вот она и взирала снисходительно на обычные Ростиковы выкрутасы, как взрослый на забавные детские шалости. Умиляться не умилялась, но строила уже не столь рьяно. Тот поначалу даже растерялся, а к третьей паре – ничего – привык и даже не пытался выяснять причину подобных странностей. Но предстоящий английский его слегка раззадорил.

– А как же Алёна Игоревна? – Ростик с негодованием уставился на Диму, но тот опять не проникся и не заинтересовался.

– Да ей и тебя будет достаточно.

Правда произнести эту фразу оказалось не слишком просто. Да в общем-то и не сложно, просто не получилось, насколько хотелось, беззаботно и безучастно. Но тут всё-таки Ксюша не выдержала, хмыкнула, смерила Ростика критичным взглядом.

– И не всех же… тянет… на старушек.

– Это ты, Ксюх, зря! – решительно возразил тот.

– Ну, конечно, – Ксюша поморщилась неодобрительно. – Явно за тридцатник. Может, и все сорок.

– Да щас! – Ростик глянул на неё с пониманием, ухмыльнулся покровительственно, успокаивающе. – Ксюх, не завидуй. И не переживай. Ты тоже по-своему ничего. Просто я предпочитаю женщин постарше и поопытней. – Он опять ухмыльнулся, теперь уже чересчур многозначительно и пошловато.