Тайная одержимость

 – Ролан внимательно посмотрел на Александра и положил оружие обратно.

Да, возможно, и память, но вот ценна ли она. Отношения с отцом у Александра складывались сложно. Видимо, поэтом он отыскал эту чакру там, где отыскал: в одной из пыльных кладовок.

– А ты неплохо жил! – Александр оглянулся: ему навстречу шел Океан, разглядывая окружающие себя метры площади. – Обалдеть. Я тоже так хочу.

Океан и сам жил прекрасно, Александр был в этом убежден. Да и частную жизнь свою охранял не хуже любого ferus. Однако сегодня, невзирая на холодок между ними, а, напротив, в стремлении этот холодок растопить, Александр пригласил друзей к себе, в свою любовно охраняемую обитель.

Конечно, временами ferus захаживали друг к другу, и Александр принимал гостей, и не единожды. Только делалось это в порядке исключения: ferus были чужды сверхблизкие контакты.

Но теперь ситуация изменилась, она довлела над ними, приспосабливая их независимый образ жизни под себя. С чего-то нужно было начинать сближаться. И пускай он чувствовал себя сейчас незащищенным, словно в доме топталась толпа китайских туристов, Александр начал с себя.

– Сложно поверить, что все это добро сохранилось. Даже если мебель еще не сгнила, то должна бы заметно подпортиться. – Океан дотронулся до заляпанного краской стула. – Да и мародерство никто не отменял.

– Перед тем как покинуть дом окончательно, я обновил все наложенные на него заклинания и вычертил защиту на долголетие…

Он едва успел договорить, как оглушительный грохот двери о стену возвестил о прибытии еще одного ferus.

Ferus, который прорычал:

– Сколько еще эти паршивцы будут действовать нам на нервы? Чего они добиваются? – Дей пнул стальное ведро, которому не посчастливилось попасться под ноги. – Зачем было заманивать нас в Радлес, если они ничего не предпринимают? Давайте уже признаем: нас имеют! И очень жестко! Догмары намеренно выводят нас из себя! Знаете, мне начинает казаться, что то была наша инициатива посетить Радлес, что это нам захотелось свидеться с догмарами, будто мы напросились к паршивцам в гости.

И теперь, словно попрошайки, дожидаемся внимания занятого хозяина. Мы скачем подле их персон, словно жалкие, озабоченные кабели! Тогда как эти наглые, подлые трусы отсиживают где-то свои догмарские задницы! – Дей юлой развернулся на пятках и повалился на мягкое кресло, с некоторых пор накрытое прозрачным полиэтиленом.

Рано или поздно это должно было случиться – Дей должен был потерять терпение.